" Нет ничего приятней, чем созерцать минувшее и сравнивать его с настоящим. Всякая черта прошедшего времени, всякий отголосок из этой бездны, в которую все стремится и из которой ничто не возвращается, для нас любопытны, поучительны и даже прекрасны. "
  • В.Г.Белинский
  • Алфавитный указатель авторов:   А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    549 просмотров

    Из второй тетради «Хронологических выписок» Маркса

    Ниже, с разрешения Института Маркса — Энгельса — Ленина при ЦК ВКП(б), мы публикуем три отрывка из второй тетради большой рукописи Маркса, озаглавленной Энгельсом «Хронологические выписки». Вся рукопись состоит из четырех тетрадей и содержит хронологический обзор политической истории европейских стран с I века (до нашей эры) до середины XVII века. Первая тетрадь целиком опубликована в V томе «Архива Маркса и Энгельса». Вторая тетрадь, охватывающая XIV век и первую половину XV века, публикуется в выходящем в скором времени VI томе «Архива Маркса и Энгельса». Вся рукопись была написана Марксом в период после 1875 г.

    Во второй тетради, отрывки из которой мы помещаем ниже, Маркс значительное место уделяет развитию военного дела. Он отмечает, например, на какие силы опирались германские императоры во время своих итальянских походов, описывает военную реформу Карла VII во Франции и т. д. Много места отводит Маркс истории «столетней» англо-французской войны.

    Первый отрывок, относящийся к XV веку, взят из главы, озаглавленной Марксом «Византия империя османов (1389 — 1421)». В этом отрывке Маркс дает характеристику верховного хана татарских орд Тимура (Тамерлана) и рассказывает о его военных походах. Второй отрывок взят из главы «Византия и османы до завоевания Константинополя (1458)».

    Третий отрывок — глава «Англо-французская война между Карлом VII и Генрихом VI до Арасского мира» — обращает на себя внимание главным образом тем описанием, которое Маркс дает походам французских войск под руководством Жанны д’Арк, крестьянской девушки, обнаружившей огромный военный талант и олицетворявшей сопротивление французского народа иностранным захватчикам.

    I

    Тимур (татарин) основал свое татарское царство в Бухаре и Малой Татарии; он возвысился как начальник кондотьеров на службе у разных князей; оказал большие услуги Хусейну, одному из потомков второго сына Чингиз-хана, Чагатая (владыке Бухары и восточной Персии), который имел свою резиденцию попеременно то в Герате, то в Балхе; в награду за это он получил княжеский лен и почести. Через пять лет Тимур начал борьбу с Хусейном, победил его, перенес свою резиденцию в Самарканд, стал владычествовать над северо-восточной Персией, предпринимая походы в Татарию и Монголию; еще перед этим

    в 1369 на Великом курултае татар он был провозглашен верховным ханом всех орд. С этого времени он находился постоянно в походах, но часто возвращался в Бухару и Самарканд; он дал своему новому царству государственное устройство и законы, представляющие большой контраст с теми зверствами и дикими разрушениями, которые по его приказам совершали татарские орды. Походы Тимура пошатнули власть девяти владетельных династий, которые, в свою очередь, частично распадались на побочные линии. Этими линиями были (по Гаммеру): 1) потомки Чагатая на дальнем востоке Персии (Афганистан) и в Бухаре: 2) династия джетов, или гетов, в Туркестане и Монголистане; 3) владыки Хорезма; 4) владыки Хорасана; 5) династия татар в Татаристане Дешт-и-Кипчак; 6) династия сыновей Музаффара в персидском Ираке; 7) династия Ильханов в арабском Ираке; 8) династия османов; 9) династия владык Индостана. Царство Тимура простиралось на восток до самой китайской стены, на север до сердца России, на запад до берегов Средиземного моря, на юг — до границы Египта. Это было достигнуто в результате восемнадцати войн.

    В конце XIV века Баязид I владел всей Малой Азией; он завоевал Болгарию; упрочился в Молдавии и Валахии; разбил мадьяр; (покорил) Боснию и Сербию; поселил турок в Албании и в горах; свел всю Греческую империю к одному только Константинополю с эфемерным императором, который вынужден был допустить существование в Константинополе четырех турецких мечетей и независимого от него суда турецкого кади; владел Фракией; Македония и Фессалия находились большей частью в руках турок; Баязид основался также и в собственно Греции, совершил опустошительный поход в Афины и вел войну в Пелопоннесе (вследствие чего произошла сделка Феодора с ро-досскими рыцарями).

    В 1400 Баязид I был занят осадой Константинополя, когда Тимур начал угрожать со стороны Армении. [Деяния Тимура записаны Шараф-ад-Дином и Араб-шахом.] [Орды Тимура состояли из татар и монголов.] Тимур ввел систему шпионажа, причем орудиями служили ему дервиши, факиры, монахи, от лам до христианских отшельников.

    В 1399 Тимур делал вид, что намерен защищать греков от Баязида.

    В 1400 поводом (к войне между Тимуром и Баязидом послужило следующее): татары Тимура двинулись из Грузии и Армении на старый Понт и на цитадель Баязида Амасию. Тимур завоевал Багдад (местный ильхан бежал); татары двинулись походом в арабский Ирак, Месопотамию, Диарбекир; заняли горные проходы Тавра. Багдадский ильхан бежал сначала к мамлюкам в Египет, затем обратился за помощью к Баязиду, точно так же и князь диарбекирский Кара-Юсуф. Вся страна от Алеппо до Багдада восстала против Тимура; с другой стороны, князья Кермияна, Манташа, Сару-хана и Айдина просили у него защиты (от Баязида). Тимур послал к Баязиду I посольство с дерзкими требованиями (trotzige Botschaft). [Этот самый Тимур при завоевании каждого города предавал христиан жесточайшим истязаниям]; Баязид (осаждавший Константинополь) велел остричь послам бороды (величайший позор на Востоке). Война. Тимур выступил из Армении во главе несметных полчищ, осадил Сивас, или Себастею, столицу Каппадокии.

    Весной 1400, после 18-дневной осады, Сивас пал [насчитывал в то время 100 000 жителей; политика Тимура заключалась в том, чтобы тысячами истязать, вырезывать, истреблять женщин, детей, мужчин, юношей и таким образом всюду наводить ужас; армянский гарнизон тоже был подвергнут жесточайшим истязаниям]. Это заставило Баязида отправиться в Азию [если бы не это, то Константинополь пал бы]. Тимур в это время двинулся против Дамаска, Сирии и египетских мамлюков, чтобы наказать князей, которые отпали от него или оказывали поддержку отпавшим; он всюду разрушал города, предавал их огню, а жителей замучивал насмерть.

    В середине 1400, совершив все это, Тимур отправился в Самарканд, где издал прекрасные, гуманные указы.

    Зимой 1401 на 1402 орды Тимура расположились лагерем на плоскогорье в северо-восточной части Малой Азии. Оттуда он вступил в дипломатические переговоры с Баязидом, который держался так же гордо, как и Тимур; это вызвало взаимное ожесточение [об этих переговорах рассказывает грек Халкондилос]. В Сивасе Тимур произвел смотр войскам, а затем двинулся в глубь Малой Азии на Анкару. У Баязида было здесь 120 000 человек, по другим источникам — 160 000; у Тимура по меньшей мере в шесть раз больше. В качестве вспомогательного войска Баязид имел 10 000 сербов в тяжелых кольчугах и, кроме того, 18 000 турок и татар, князья которых находились у Тимура. [Эти турки из Айдина и других (завоеванных княжеств) и татары перешли во время сражения на сторону Тимура].

    20 или 28 июля 1402 битва при Анкаре; после колебаний в течение целого дня победа осталась на стороне Тимура; войско османов было рассеяно или уничтожено; Баязид I и один из его сыновей взяты в плен. Внук Тимура, Мирза Мухаммед, прямо с поля сражения был отправлен в Брусу; но сын Баязида, Сулейман, еще до исхода сражения поспешил в Брусу, чтобы перевезти находящиеся там сокровища в Европу и удалить от берегов все суда.

    В первые восемь дней после победы при Анкаре татары, убивая и разрушая  и  всюду  грабя  сокровища,  двинулись  отдельными  отрядами на Галатию, Фригию, Пафлагонию, на прибрежную полосу, на   Карию, Ликию, Памфилию. Сам Тимур отправился из Котиэума (Кутахия) в Брусу; он нашел там жен Баязида, в том числе дочь Лазаря. Никею и Никомидию постигла та же участь, что и Брусу; здесь, как и всюду, жители — и турки и греки — подвергались истязаниям или же под угрозой предания огню вынуждены были выдавать все свое ценное имущество. Затем (он двинулся) в Пергам (Бергама) в Мизии, из Пергама в Магнезию на Сипиле (Маника или Манза), затем в Лидию. Так; же точно и в Сардах и Филадельфии, все, что оставалось еще от старых богатств, было разграблено дочиста. Наконец, была осаждена Смирна; жители защищались; цитадель города защищали родосские рыцари и христиане из Эфеса, Тирии и Нимфеи; но против них было полмиллиона татар. Цитадели и город были взяты, (Смирна) подверглась той же плачевной участи, как и другие города; как и всюду, множество жителей было уведено в плен; Эфес и окрестности были разгромлены, в Карий невозможно было оставаться из-за морозов, которые были сильнее, чем в России. Тимур ушел и всюду оставил за собой безмолвие кладбища.

    В 1403 Баязид I умер в плену у Тимура; труп его был выдан его сыну Мусе, который был отпущен на свободу.

    После ухода Тимура империя османов некоторое время оставалась в состоянии упадка. Из политических соображений Тимур восстановил, в Кермияне Якуб-бея, для надзора за Мусой; точно так же и князей в Мелитше; Исфендиар получил Кастамуни и Синоп, которыми владел его отец; наконец, восстановлены были также и турецкие князья: в Айдине и Эрзинджане, равно как и в Ширване и Диарбекире.

    II

    В 1417 османы и венецианцы были уже непосредственными соседями в горах Албании и Далмации. Завладев в XIII веке Зарой, венецианцы продолжали все более расширять свои владения на Далматинском побережье. Тогда уже начались постоянные междоусобия между обращенными в ислам албанцами и христианскими горцами Далмации; последних поддерживали венецианцы.

    В 1424 началась война между венецианцами и Мурадом II (венецианцы применяли на своих судах орудия, но очень еще неумело). Мурад спровадил Джунеида и всех его родственников; генералы Омар-бей, бейлербей Карамана и Хамза-бей (брат Баязид-паши, казненного Джунеидом) при участии трех генуэзских кораблей, под начальством Перси-валя Паллавичини (преемника Адорно) осадили его (Джунеида) в замке Гипсела; Джунеида и всю его семью укокошили. Генуэзские аристократы принесли по этому поводу поздравления Мураду; чем сильнее враждовал Мурад с венецианцами, тем ревностнее генуэзцы становились на его сторону. Венецианцы разорили побережье, однажды захватили Галлиполи, но последний был снова у них отнят.

    В 1428 и 1429 венецианцы имели успех на море, но им угрожала потеря Фессалоники, подступы к которой занял Мурад и жители которой тоже были против венецианцев, с тех пор как последние ввели там свою систему шпионажа; венецианцы начали увозить жителей из города и расселять их по островам, желая, таким образом, совершенно заново заселить город.

    В 1424 венецианцы отправили к Мураду своего посла; его арестовали, и он долгие годы томился в тюрьме.

    В начале 1430 Мурад энергично готовился к осаде Фессалоники; он рассчитывал на недовольство жителей и на ненависть греческого духовенства к латинскому.

    В марте 1430 генеральный штурм. Мурад велел при трубных звуках возвестить солдатам: «Город отдается на разгром; мужчины, мальчики, девушки, женщины, серебро, золото делаются собственностью войска, султан оставляет за собой только город и пустые дома». Это было приведено в исполнение и сопровождалось большими зверствами. Свыше 7000 человек обоего пола и всех возрастов и т. д. были уведены в рабство. Через несколько дней Мурад II положил конец бесчинствам, вывел войско из города, впустил жителей, бежавших до начала осады, выкупил богатых жителей у своих собственных солдат, а бедных оставил в рабстве.

    С 1434 Трансильвания почти ежегодно подвергалась опустошительным набегам турок, сербов, валахов, что сплачивало между собой живших там мадьяр, секлеров и саксов.

    Летом 1438 Мурад II вторгся в Трансильванию; он двинулся от Железных ворот к Германштадту, не завоевал ни Германштадта, ни Кронштадта, но, уходя через Терцбургский перевал, увел с собой больше 70 000 человек, большею частью саксов.

    В Венгрии правил зять Сигизмунда Альбрехт Австрийский; когда турки заняли всю Сербию, он назначил в качестве бана в Срени (Szrony) Яноша Гуниади, незаконного сына Сигизмунда [единственное путное, что произвел на свет этот субъект]. Георгий Бранкович Сербский и Дракул Валашский снова возбудили подозрения Мурада; он арестовал сыновей обоих [впоследствии велел ослепить их в Токате] и потребовал от Георгия Бранковича крепость Семендрию; Дракул покорился, сопровождал Мурада II в его новом походе в Трансильванию; Бранкович передал защиту Семендрии своему старшему сыну, который убежал из тюрьмы и спасся вместе с младшим сыном Лазарем

    в первые месяцы 1439 в Венгрию. Мурад завоевал Семендрию и отправил старшего, сына Георгия в малоазиатский Токат в тюрьму).

    В апреле 1439 Янош Гуниади настаивал на походе в Сербию; Бранкович призывал к этому короля и сословия мадьяр; вместо похода, на состоявшемся в конце мая 1439 сейме (на котором не представлены были города, принадлежавшие тоже к феодальным сословиям) магнаты добились новой конституции (которая уничтожила всякое единство правительства и возможность военного успеха против внешнего врага). Это был пресловутый «декрет короля Альбрехта» (24 статьи; из них 6 касались военного дела, системы бандерий, или наемничества и ополчения). Имперское ополчение [стало быть помощь магнатов] должно было созываться только в тех случаях, когда наемники короля и прелатов не в состоянии будут более оказывать сопротивление. Альбрехт с большим трудом набрал 24 000 человек. Мурад после взятия Новобердо с его богатыми серебряными рудниками направил главный удар против Боснии [князь которой должен был увеличить свою ежегодную дань на 5 000 дукатов] и Албании. Венгерская армия, которая должна была отвоевать Семендрию, бежала от турецкой армии с криками: «волк! волк!» турецкая легкая кавалерия увела целые полчища пленных и продала их в рабство. Бранкович бежал в Антивари, затем в Рагузу.

    В 1441 (Мурад из Сербии напал на Венгрию, а на востоке на Трансильванию) Владислав назначил Гуниади воеводой Трансильвании и графом Темешварским; Гуниади имел также верховную власть над всеми южными городами королевства; своей резиденцией он избрал Белград. После ожесточенной борьбы турки вынуждены были отступить в Семендрию. Гуниади отправился тогда в Трансильванию, где турки продвинулись до Германштадта; в сражении он потерпел поражение, но затем при Санкт-Эммерихе турки были жестоко разбиты; вследствие этого воеводы восточных горных местностей и Молдавии снова отпали от Мурада; они присягнули на верность Владиславу.

    В 1442 огромная турецкая армия под начальством Сахим-паши наводнила равнины Трансильвании. Гуниади появился у перевала Железных ворот; в окрестностях Вазаг турки были разбиты наголову, перебиты были тысячи, 5 000 было взято в плен, в том числе самые видные лица; Сахим-паша спасся; несметная добыча.

    В июле 1443 не особенно многочисленная венгерская армия под начальством Гуниади дошла до Дуная; он переправился на другой берег; Гуниади и Бранкович Сербский вели авангард, Владислав III — главную армию; в ней, кроме венгров, поляков, сербов, валахов, немцев, были добровольцы от всех христианских наций, отозвавшихся на призыв папы Евгения IV к крестовому походу; ядро армии составляли наемники, которых Гуниади набрал на субсидии сербского Георгия и на занятые им самим деньги. Гуниади разбил пашу, командовавшего в Сербии, оставил королевскую армию на Мораве, взял Ниссу и двинулся на Софию. Между этими двумя городами 3 ноября 1443 он разбил трех турецких пашей; взял Софию и превратил ее в груды пепла. Мурад приказал заградить и занять перевалы в Балканских горах; его генерал Махмуд Челеби атаковал Гуниади, но был разбит; несмотря на лед, снег, сибирские морозы, Гуниади не отступил до тех пор, пока в новый 1444 год не занял главного перевала и не рассеял у Коновицкого перевала турецкую армию; командующего этой армией он взял в плен. Так как это была решающая война, то, хотя она продолжалась» всего только пять месяцев, все же была названа «долгой войной». Со времени Тимура никто не нагонял на турок такого страха.

    Главной причиной поражения было то, что султан Мурад II слишком полагался на албанцев и на их вождя (Искандер-бея). Мурад велел укокошить владетеля города Крои, Иоанна Кастриоту, со всей его семьей и пощадил только маленького сына Георгия, еще ребенка; Георгий Ка-стриота был воспитан турками в мусульманской вере, на 19-м году назначен был начальником санджака и получил прозвище Искандер-бея или Скандербека (князь Александр). Во время «долгой войны» Гуниади. Искандер-бей вместе со своим племянником Гамзой покинул турецкую армию, с помощью жестокого вероломства овладел Кроей и снова стал: христианином. Дело было так: приставив кинжал к груди турецкого эфенди, который хранил печать султана, Искандер-бей заставил его подписать приказ коменданту Крои о передаче ему города; (Искандер-бей) убил потом всех, кто знал об этом деле; стал, таким образом, властителем Крои и Верхней Албании.

    В 1443 Фома Христин, который после смерти Твартко избран был королем Боснии, отложился от Мурада большая часть янычар и сипахи Мурада погибли во время похода. Мурад хотел заключить мир, очень выгодный для Венгрии. Но паршивец папа Евгений IV, чтобы отвлечь внимание от Базельского собора и от злоупотреблений в церкви, посылает в Венгрию для подстрекательства к войне жалкого кардинала Юлиано Чезарини, стяжавшего себе печальную известность своим позорным бегством во время гуситской войны; последний разглагольствует о соединении греческой и римской церквей и о новом крестовом походе на море и суше, о восстановлении Греческой империи и т. д. В то же самое время венецианцы и генуэзцы посылают послов в Венгрию, чтобы рассказывать басни о флотах, которые должны занять Геллеспонт и лишить турок возможности переправиться из Азии. Приехали также сладкоречивые послы от Франции, Испании, Англии, Арагона, Филиппа Бургундского, герцога Миланского и Флоренции. Все это были статисты в папском фарсе; они погубили все плоды долгого похода Гуниади.

    В апреле 1444 Владислав III созвал сейм в Офене. Венгерское дворянство уклонилось от участии в ополчении, а венгерские прелаты не пожелали посылать свои бандерии в крестовый поход.

    В июле 1444 на самых выгодных [для Венгрии, Албании, Сербии и др.] условиях, предложенных Мурадом, был заключен мир на 10 лет. Он снова был нарушен кознями Юлиано (кардинала) (по отношению к «неверным» не надо, мол, держать слово); вместе с ним занимались интригами жалкий Иоанн Палеолог, греческий император, который 30 июля, находясь в Мистре (Спарта), проповедывал Владиславу III, чтобы он нарушил мир, а также близкий родственник Евгения IV, кардинал Кондольмьери, который щеголял в красной шапке как папский обер-адмирал и от имени папы и венецианцев, как этого требовала его профессия, отчаянно хвастал «флотами»; ссылались на то, что дикие туркмены восстали против Мурада и т. д., Гуниади тоже поддался этим уговорам. Мир был нарушен. На Дунай была послана армия. [всего только 10 000 человек, которых Гуниади 1 сентября 1444 собрал на Дунае; позднее к ним примкнули около 5 000 валахов]. Мурад усмирил восстание в Малой Азии; он жил там в Магнезии в свое удовольствие; по окончании Караманской войны (1444) он в 1 444 предоставил управление своему сыну Мухаммеду II (14 лет). Получив известие о нарушении мира, Мурад снова взял в свои руки бразды правления. Сербский король не пропустил Искандер-бея, когда тот хотел пройти через его территорию в Нижней Албании на помощь венграм. Венгры двинулись через Болгарию в направлении к Варне, где им был обещан флот для переправы в Константинополь! В армии поляков было 2 000 фур [они окружали всегда свой лагерь заграждениями из повозок].

    Кардинал в красной шапке не воспрепятствовал переходу турецкой армии через Босфор; поэтому венгры столкнулись с ней под Варной, где турки были вдвое многочисленнее. Кардинал Кондольмьери в красной шапке, — он, надо заметить, был в одно и то же время и папским обер-адмиралом и венецианским вице-канцлером — в минуту опасности исчез бесследно. Генуэзцы (а, по словам одной польской хроники, также и венецианцы) переправили войско Мурада из Азии в Европу, взяв с Мурада за каждого из 40 000 мусульман по червонцу! [Очевидно, за этим папским фарсом скрывались также господа венецианцы, для которых упрочение власти венгров, сербского короля и Искандер-бея в Албании было нож острый! (Dorn im Pleisch!)]. Битва при Варне: христианам капут; Гуниади спасся; кардинал Юлиано при попытке к бегству был убит одним венгром или поляком, как зачинщик нарушения мира; Владислав III упал с лошади, голова его была отрублена и насажена на пику; лагерь христиан взяли приступом и разграбили. Мурад не мог использовать победу ввиду позднего времени года.

    Для Польши и Греческой империи битва при Варне — результат венецианских и папских интриг — была гибельной.

    На троицу 1446 Гуниади был избран регентом королевства почти с королевской властью; Лаврентий Хедервари остался палатином, а Николай Ульяк стал воеводой Трансильвании (под верховенством Гуниади в качестве регента королевства). Фридрих III занял угрожающую позицию, а Мурад II изгнал Дана и в Валахии снова восстановил Дракула. Папа, соблазнив Гуниади крестовым походом, побудил его выступить вызывающим образом против Мурада II и с презрением отвергнуть его мирные предложения, когда тот двинулся с огромной армией против Сербии; еще до того, осенью 1446, Гуниади снова завоевал Валахию, поколотил Дракула и его турок, взял в плен Дракула с сыном и предал их публичной казни в Терговиште. Молдавский воевода Стефан вступил после этого в тесный союз с Гуниади, который вынужден был возвратиться в Венгрию, так как император Фридрих III объявил ему войну. Мурад тем временем был занят Искандер-беем.

    Сентябрь 1448: выступление венгерской армии; сначала в Сербию, краль которой присоединился к туркам. Мурад снял после этого осаду с Крои и двинулся с 150-тысячной армией к Дроздову полю. Гуниади не дожидался помощи Искандер-бея, отверг новое мирное предложение Мурада, не ждал появления Мурада в своем лагере, а атаковал его.

    17 и 18октября1448: страшное поражение венгров на Дроздовом поле (18 октября в самом разгаре сражения валахи перешли на сторону Мурада II). 19 октября турки штурмовали заграждения из повозок (Wagenburg) венгерского лагеря; янычары были встречены убийственной «стрельбой» немцев и чехов. Говорили, что венгры потеряли за три дня 17 000 человек. Бежавший Гуниади был схвачен Георгием Сербским, который хотел продать его Мураду II, но тот отказался от этого. Наконец, Гуниади очутился на свободе; за это ему пришлось вернуть Георгию его земли в Венгрии, женить своего старшего сына Матвея на дочери своего заклятого врага Улъриха фон-Циллея и послать своего сына заложником в Семендрию. Венгерские магнаты на сейме заставили Гуниади против его воли выполнить свои обещания.

    В начале 1449 мирные переговоры Мурада II г Гуниади; было заключено перемирие на 7 лет: ни венгерские, ни турецкие войска не должны были вступать в Валахию, Сербию и Боснию; однако эти страны обязались платить султану особую дань (Schutzgeld) и участвовать в его походах; дань была сокращена наполовину для Сербии и Валахии, но не для Боснии (проделка Георгия Сербского из-за того, что Фома Христин  король Боснии, перешел из греческой веры в латинскую).

    …По своем возвращении Мухаммед II приказал изгнать всех греков из местностей на Стримоне; затем он стал готовиться к осаде Константинополя.

    Зимой 1451 начался подвоз людей и материалов.

    6 мая 1452 началась постройка береговой крепости на европейском берегу Босфора, в его наиболее узкой части, с целью отрезать Константинополь от всякой связи с Черным морем [крепость называется теперь старым европейским замком; местность, где она была построена, называлась Лемокопия, лежит за Галатой].

    В апреле 1453 османы появились перед воротами Константинополя. Константин мог противопоставить им только 9000 греков, венецианцев и генуэзцев. На этот раз у султана был также флот из 360 или 421 судов, которые были собраны со всех турецких портов; начальником флота  был ренегат, болгарский моряк.

    Христианское интермеццо: Константин (вместе с братом и многими греческими прелатами) высказался на соборе во Флоренции за воссоединение обеих церквей; с тех пор он постоянно оставался в контакте с папой. Греки ничего не хотели знать об этом, ни о символе веры, ни о богослужении. Папа Николай хотел воспользоваться бедственным положением Греческой империи, чтобы действительно осуществить «унию».

    В 1452 от посольства, посланного Константином незадолго до осады Константинополя с просьбой о проповеди крестового похода, Николай V потребовал сначала гарантий серьезного выполнения «унии», Константин должен был допустить в качестве папского легата в Константинополе одного кардинала, который окончательно устранил бы там разногласия между церквами. Константин вынужден был согласиться на это; но присутствие пурпурной мантии в городе как раз в то время, когда турки ежедневно штурмовали город, вызвало там раскол.

    В ноябре 1452 в качестве легата Николая прибыл в Константинополь архиепископ Киевский, кардинал Исидор (он ревностно выступал во Флоренции за уник и провел ее в своей русской епархии). После ряда свиданий с греческими богословами

    12 декабря 1452 (состоялось) церковное празднество для провозглашения главенства папской церкви; процессия: император, высшее духовенство, чиновники, знать направились к храму св. Софии, где отслужена была торжественная обедня во славу воссоединения церквей. Противники устроили контрторжество, где главную роль играл Георгий Схолар, или Геннадий [который во Флоренции также высказывался за унию]; он жил тогда в монастыре Вседержителя (Панкратора); фанатическая толпа устремилась туда; он сумел воспламенить ее.

    В апреле 1453, когда турки начали обстреливать и ежедневно штурмовать город с суши, это брожение достигло своего апогея. Звание главнокомандующего на суше и на море носил грекоправославный Лука Нотар, но командование было передано императором генуэзцу Джованни Джустиниани, которому в решительный момент Лука Нотар отказался выдать несколько орудий и т. д.

    С марта — по конец мая 1453 Джустиниани больше всего сделал для защиты города. Однако во время последнего штурма Джустиниани, получивший опасную рану, покинул доверенный ему пост (генуэзец!), бежал из города и облегчил таким образом туркам проникновение в город. И днем и ночью Константин XI был на посту, но из 100 000 греков вКонстантинополе всего только 6 000 приняли участие в последнем сражении. Кардинал Исидор развил энергичную деятельность при обороне города, (в защите которого участвовали) 3 4 000 итальянцев, испанцев, французов и немцев; венецианский Bailo (генеральный консул и глава венецианцев, живших в Галате) наблюдал во главе 700 человек за полицейским порядком в городе, между тем как другие воинские силы защищали стены города. Подобно Джоеанни Джустиниани, другие генуэзцы тоже вели себя в Галате весьма двулично, днем оказывали помощь грекам, ночью туркам; они преспокойно допустили перевозку турецких судов на катках сушей окружным путем вокруг Галаты в т. н. Золотой Рог (внутреннюю гавань Константинополя).

    С начала апреля 1453 турецкая осада велась безуспешно и с большими потерями.

    24 мая Константину XI предложено было сдаться, но он отказался от этого.

    28 мая 1453 к заходу солнца вся турецкая армия подготовилась к штурму.

    29 мая 1453 еще до зари начался штурм. После двухчасового штурма — после того как Джоеанни Джустиниани был ранен и удрал вместе со своими генуэзцами — турки ворвались в город, стали грабить дома, многих обратили в рабство, но убито было лишь несколько тысяч. Константин XI в сутолоке был убит; Лука Нотар и кардинал Исидор были взяты в плен (Нотар и сыновья его были потом обезглавлены по приказанию Мухаммеда). Исидор, которого не узнали, был продан в рабство, выкуплен и возвратился в Рим.

    Предместье генуэзцев Галата было пощажено турками. Генуэзцы попрежнему вели там свою торговлю; они пользовались рядом привилегий, как и венецианцы. Генуэзцы храбро сражались как воины, но их дипломаты вступили в соглашение с Мухаммедом. Георгий Схолар, или Геннадий, не вовремя разыгравший предательский фанатизм, стал греческим патриархом Константинополя. Мухаммед II с самого начала оставил за coбой право утверждения греческого патриарха. Резиденция султана была перенесена в константинопольский Акрополь; главный храм св. Софии, построенный Юстинианом, стал главной мечетью Мухаммеда II. Султаны османов получили с той поры флот и употребляли своих греческих рабов для всех функций, требующих высокого технического и умственного образования. Эмиграция греческих ученых, распространение благодаря этому античной культуры в Италии и т. д.

    Флот, снаряженный на Западе для крестового похода, прибыл слишком поздно, был уничтожен.

    III

    31 августа 1422 — 1461 Генрих VI (родился в 1421, низложен 5 марта 1461; умер 21 апреля 1471).

    1422 — 1461 Карл VII.

    Генриху VI было всего только 9 месяцев от роду; согласно распоряжению Генриха V, старший из его братьев, герцог Бедфордский, должен был стать регентом во Франции; второй его брат, герцог Глостерский, регентом Англии; последний немедленно вступил в регентство и потребовал признания со стороны парламента, созванного в ноябре 1422; пэры, наведя справки в архиве и выслушав мнение двенадцати судей, отказали в этом; они заявили, что распоряжение Генриха V противоречит обычаям и конституции, титул «заместитель короля» («lieutenant du roi») недопустим, так как заключает в себе понятие суверенитета; поэтому пэры назначили регентский совет во главе с герцогом Бедфордским, который получил титул «протектора» королевства и церкви; пока Бедфорд находился во Франции, в Англии его должен был заменять Глостер. Пэры назначили лорд-канцлера, казначея, хранителя печати и 16 советников, которые под председательством Бедфорда, или, в его отсутствии, Глостера должны были исполнять обязанности правительства.

    [Так как Париж и Реймс находились в руках неприятеля], то Карл VII короновался провизорно (pro nunc) в Пуатье; он владел почти одной только Беррийской провинцией и по главному городу ее был прозван своими противниками «буржский король» («roi do Bourges»).

    В 1423 — 1428 новая англо-французская война. Карл VII сначала подчинил себе один лишь Лангедок, кроме того, он был признан только в Дофинэ, Оверни, Бурбонэ, Берри, Пуату, Сентонже, Турени, Орлеане, в части Анжу. Бедфорд же в качестве заместителя Генриха VI владел всем Иль-де-Франсом, Нормандией, Бри, Шампанью, Пикардией, графством Понтье и областями Булонь и Калэ до границ Фландрии и в Аквитании до Пиренеев и океана. Герцог Бретанский занимал колеблющуюся позицию; его брат Ришмон был главной опорой Карла VII.

    В 1423 — 28 борьба герцога Глостерского с герцогом Бургундским, я также и со своим дядей, епископом Винчестерским, помешала английскому регентскому совету и Бедфорду сосредоточить все силы на войне с Францией.

    19 июля 1423 граф Бьюкан потерпел, тяжелое поражение при Креване, около Окзерра [этот шотландец и после смерти своего отца, герцога Ольбени, оставался при Карле VII, который назначил его коннетаблем; Бьюкан предоставил управление Шотландией своему брату Мендоку и получил подкрепления в виде войск под начальством лорда Стюарта. Арманьяки, т. е. бандиты, которые служили графу Арманьяку, тоже составляли грозную часть армии Карла VII; из Италии он получил помощь от графа Савойского, а Филиппо Марии Висконти, племянник которого со стороны сестры, герцог Орлеанский, все еще был в плену у англичан, послал ему 600 копейщиков и 1 000 латников]. [Затем (в 1423 24) Бедфорд целый год отсутствовал, находился в Англии]; граф Бьюкан был взят в плен; он был выкуплен; получил от Карла VII (графства) Эвре и Дре и сеньерию Обиньи. Шотландцам наскучил Мендок, они хотели выкупить Якова I; англичане требовали за «длительное содержание его» 40 000 марок; Шотландия для этого была слишком бедна; тогда Яков I женился на английской принцессе, сумму выкупа сбавили на 10 000 марок.

    В мае 1424 (было условлено, что) между двумя нациями в течение семи лет не должно происходить военных действий, а Яков I должен отозвать шотландцев из Франции; он заявил, что не может гарантировать исполнение своего приказания; и, действительно, невзирая на договор, утвержденный шотландскими сословиями, граф Дуглас остался во главе войск, которые собраны были Карлом VII для осады Иври.

    В августе 1424 Бедфорд возвратился во Францию, чтобы освободить Иври. Битва при Вернейле; французов поколотили (пострадал цвет их рыцарства, как при Азенкуре). [В числе павших: коннетабль Бьюкан, граф Дуглас, и его сын, лорд Стюарт, Омаль, Нарбонн, Аркур, Вантадур и т. д.]. Посланные Филиппо Мариа итальянские кондотьеры своевременно убрались по добру, по здорову. Карл VII назначил коннетаблем Ришмона, брата герцога Бретанского; Ришмон привлек герцога Бретанского и штаты Бретани, но’ Бедфорд заставил их отказаться от союза с Францией.

    Ришмон вел войну в форме разбойничьих набегов; он больше всего был занят придворными интригами; он был намерен в 1427 вытеснить также и фаворита ла-Тремуйя, которого он сам навязал Карлу VII;

    в 1426 и 1427 он преспокойно оставался в Ванне, в то время как Бедфорд почти целиком был поглощен английскими и бургундскими делами. Только благодаря помощи ла-Гира и графа Дюнуа, орлеанского бастарда [побочного сына убитого герцога Орлеанского], Карл VII не потерял также Буржа и Орлеана.

    В 1428 Бедфорд получил 6 000 англичан под командой графа Сольсбери; Бедфорд присоединил к ним еще 4 000; Тальбот, Сеффок, Арон-дель и другие со значительными отрядами примкнули к войску Сольсбери.

    19 июля 1428 договор Карм VII с Яковом I Шотландским; сын Карла Людовик обручился с шотландской принцессой Маргаритой; она должна была получить в приданое войско в 6000 шотландцев; Карл VII уступал Якову I провинцию Сантонж, обещал отдать ему графство Эвре, как только англичане будут изгнаны из Франции, но Сольсбери с 15000 человек уже двигался на Орлеан.

    В октябре 1428 Сольсбери начал осаду Орлеана. Множество французов поспешило на защиту; среди них: бастард Орлеанский, ла-Гир, Гокур, Ксентрейль, Киттри, Вилльяр, Жирем, Дорваль, Туар, Шабаннь, Ла-Файетт, Гравилль. Тем временем Карл VII распутничал в Бурже с пресловутой Агнесой Сорель и пировал с придворными; он выступил, наконец, в начале 1429 в поход во главе 6 000 человек, имея при себе провиант. [Численность неприятеля была в четыре раза больше.] Он выслал свои лучшие войска, в том числе шотландцев,

    12 февраля 1429 с целью перехватить транспорт сэра Джона Фальстафа, который с отрядом в 1 800 человек доставлял из Парижа снаряды и провиант (а именно соленые селедки); французы численно в несколько раз превосходили англичан.

    Битва при Рувре, деревне в Босе (она называется битвой за селедки). Французы были совершенно разбиты. Орлеан казался уже погибшим, и герцог Бургундский, завидуя англичанам, начал понемногу отводить свои войска.

    В феврале 1429 Жанна д’Арк (Орлеанская дева) [18-летняя крестьянская девушка из лотарингской деревни Дом-Реми, возле Во-кулера, где она впервые обратилась к командовавшему там Бодрикуру с просьбой послать ее к королю] (появилась) у Карла VII, который находился в Шиноне. Жанна д’Арк стала главнокомандующим [признанным королем и парламентом государственным лицом, действовала согласно указаниям генералов, графа Дюнуа и ла-Гира]. [Она обещала освободить Орлеан от осады и короновать короля в Реймсе].

    В апреле 1429 она выступила в поход с подкреплениями и провиантом.

    4 мая 1429 она благополучно вступила в город Орлеан.

    8 мая 1429 неприятель вынужден был снять осаду Орлеана, которая длилась семь месяцев; укрепленные места по пути к Реймсу все находились в руках неприятеля, французы под ее командой должны были пробиться сквозь войско англичан.

    18 июня 1429 французы напали при Патэ на Фальстафа и Тальбота и разбили их в открытом сражении [Фальстаф бежал, Тальбот был взят в плен]; в Жиене был начат поход на Реймс; Окзерр, который запер перед ними ворота, они оставили в покое, избегая столкновения с герцогом Бургундским, которому Окзерр принадлежал; Труа же был взят французами.

    27июля 1429 они беспрепятственно вступили в Реймс, уже покинутый бургундским гарнизоном. Карл VII был там коронован. Она (Жанна д’Арк) бросилась к ногам скотины Карла VII, просила отпустить ее, так как она выполнила уже свою задачу; но он задержал ее, чтобы использовать и в дальнейшем.

    В 1429 французы завоевали еще Суассон, Провен, Шато Тьерри? Крепи, Саши, Бове, Компьень, Мелен и Сане, а коннетабль Ришмон настолько угрожал Нормандии, что Бедфорд для защиты этой провинции увел войска из Парижа; Карл VII и Жанна д’Арк (расположились) на Монмартре (для осады Парижа); были отбиты; Карл возвратился в Бурж, чтобы «распутничать» там всю зиму.

    Весной 1430 герцог Бургундский, снова склонившийся на сторону англичан, осадил Компъенъ. Жанна д’Арк поспешила туда, приняла участие в одной вылазке 25 мая 1430 и прикрывала отступление, когда перед самым ее носом заперли ворота (Компьеня) и подняли мост. Так вследствие измены французов она попала в плен к англичанам; она стояла поперек дороги потаскухе, а для королевской и аристократической партии крестьянская девушка была также бельмом на глазу. Французский двор, со своей стороны, ничего не сделал, чтобы освободить ее из плена, хотя имелось достаточно пленных, на которых он мог бы ее обменять.

    В 1431 церковный процесс против Жанны, организованный англичанами [для того, чтобы иметь судебное доказательство, что их неудача была делом не бога, а дьявола («fiend»)]. Жанна находилась сначала в руках бургундского генерала Жана де-Линьи, вассал которого, Ван-дом, взял ее в плен при Компьене; французский генеральный викарий инквизиции еще 28 мая вытребовал ее у герцога Бургундского и его генерала как заподозренную в ереси и т. д. Это требование поддерживали Парижский университет (ученые богословы Сорбонны), а также епископ Бовейский Пьер Кошон (Cauchon) [воистину свинья (Cochon), незадолго до этого за свою подлость выгнанный своими же подданными]. Граф Жан де-Линьи выдал Жанну [несмотря на то, что жена умоляла его не делать этого] герцогу Бедфордскому за ежегодную плату в 300 ливров для Вандэма и за 10 000 ливров для себя самого. В церковном процессе, который инсценировал против нее герцог Бедфордский, главными действующими лицами были вышеупомянутый «Кошон» Бовейский, французский инквизитор. Жан Граверан и два промотора, или церковных стряпчих. [В июле 1430 «Кошон» потребовал ее на свой церковный суд, в октябре, 1430 отвез ее в Руан, вероятно, подвергал ее истязаниям].

    В январе 1431, по требованию герцога Бедфордского, она официально была передана «Кошону» и его докторам.

    Вфеврале 1431 против ее был начат процесс, который продолжался до мая.

    22 апреля 1431 она была приговорена к суровому пожизненному заточению; Парижский университет утвердил этот приговор; однако граф Уорвик и епископ Винчестерский [прибывшие во Францию в 1430 году с восьмилетним Генрихом VI] заставили «Кошона» добиваться для нее смертного приговора. «Кошон» добился этого с помощью вице-инквизитора Руанской епархии, ла-Метра.

    30 мая 1431 Жанна была публично сожжена в Руане.

    Впоследствии Карл VII и его канальи вынуждены были ради народа сделать кое-что для «восстановления чести» Жанны. (Sit divus, dum non sit vivus (пусть будет причислен к богам, только бы не остался в живых) как сказал Каракалла после убийства своего брата Геты). Только при Людовике XI судебный процесс Жанны был пересмотрен.

    В продолжение всего 1430 года герцог Бургундский, весьма двусмысленный союзник англичан, постоянно вел переговоры с французами; французы успешно воевали в Шампани, Пикардии, Иль-де-Франсе и даже в Нормандии; им не повезло только при нападении на Руан. В Нормандии восстание крестьян (ожесточенных поборами

    англичан) не было поддержано Карлом VII, «развратничавшим» с потаскухой Агнесой Сорель, и т. д. В этой войне против англичан отсутствовало высшее руководство; каждый предводитель действовал на свой страх и риск; все же французы занимали один город за другим. В декабре 1431 Бедфорд приказал кардиналу Винчестерскомукороновать Генриха VI в Париже; уже через несколько дней он вынужден был отправить этого же самого Генриха VI из Парижа в Руан, а оттуда в Англию.

    В 1432 умерла жена Бедфорда (сестра Филиппа Бургундского), а через 6 месяцев Бедфорд женился на Жакелине Люксембургской без разрешения герцога Бургундского (ее сюзерена). Это вызвало разлад между ними.

    В 1433 Филипп Бургундский был вынужден начать войну со своим шурином, герцогом Бурбонским; города и штаты его собственных владений принимали небольшое участие в этой войне; Гент и Ипр даже открыто восстали против него; Бурбон, утверждая, что он не получил приданого своей жены, вторгся в Бургундию и завоевал около тридцати замков, за что в 1434 Филипп Бургундский отнял у него Боже.

    В 1434 примирение Филиппа Бургундского с Карлом VII, чему способствовало возвращение коннетабля Ришмона к французскому двору. Ришмон был отстранен от двора и командования под влиянием ла-Тремуйя; последний же был устранен в конце 1433 графом Карлом Мэнским (братом королевы), герцогом Алансонским и другими; они объединились с Ришмоном, де-Бюэйлем, Шомоном, Куативи, ла-Варенном, Ронь-евеном. Эти субъекты схватили ла-Тремуйя ночью в его спальне [в королевском дворце], нанесли ему, при его попытке к сопротивлению, кинжалом рану в брюшную полость и потащили его, закованного в кандалы, в замок Монтрезор; Карл Мэнский сумел надуть жалкого Карла VII; тот приказал объявить через своего канцлера собравшимся в Туре штатам о том, что «покушение, совершенное сеньерами де-Бюэйлем и де-Куативи, одобрено им самим и что он не лишает их своей милости». Коннетаблю Ришмону снова было поручено руководство делами: он изгнал англичан из городов Пикардии, устроил в январе 1435 в Невере примирение между герцогами Бургундским и Бурбонским; тут же было подготовлено и примирение герцога Бургундского с Карлом VII и европейский конгресс в Аррасе папе и Базельскому собору также предложено было послать туда представителей для того, чтобы церковь освободила герцога Бургундского от присяги англичанам, если последние отклонят разумные мирные предложения. В июле и августе 1435 конгресс в Аррасе. Этот конгресс был подлинно европейским [послы Англии, Франции, Бургундии, императора германского, королей арагонского, кастильского, наваррского, португальского, сицилийского, шотландского, польского, датского, кипрского, герцогов Бретанского и Миланского и т. д.]. Англичане требовали половину французского государства и титула «короля Франции» для своего короля; безрезультатно. Демонстративно покинули конгресс.

    21 сентября 1435 договор между Карлом VII и Филиппом Бургундским, по которому последний признал Карла французским королем и своим сюзереном. Помимо особых искупительных пунктов [за убийство отца Филиппа] исторически важно только следующее: Карл VII по этому договору передал герцогу Бургундскому или его сыну: города Макон и Сен-Жангон как пэрства; затем графство Шароле и все королевские права на это графство, на Бургундию и на Артуа, на графство Бульонское и города Сен-Кантен, Корбы, Амьен, Абвилль, Сен-Рикье, Кревкер и другие города на Сомме, при условии, что эти города могут быть снова выкуплены за 400 000 талеров.

    Вернуться к содержанию »

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован.

    CAPTCHA image
    *