" Нет ничего приятней, чем созерцать минувшее и сравнивать его с настоящим. Всякая черта прошедшего времени, всякий отголосок из этой бездны, в которую все стремится и из которой ничто не возвращается, для нас любопытны, поучительны и даже прекрасны. "
  • В.Г.Белинский
  • Алфавитный указатель авторов:   А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    164 просмотров

    Кое-что о содержании советских картин

    У нас уже есть значительный опыт в области собственного кинопроизводства.

    Мы имеем некоторые ярко – коммунистические фильмы, но в таком убогом и безвкусном художественном оформлении, что зрителю, даже вполне сочувствующему содержанию, скучно их смотреть. Что же после этого требовать от искушенного заграничными фильмами обыкновенного обывателя? Ясно, что мы рискуем отбить у него охоту вообще смотреть советские фильмы и еще больше усилить его интерес к «Индийским гробницам», «Женам Фараона» и т. п.

    Но есть и обратные явления.

    Мы имеем фильмы с несомненными техническими и художественными достижениями («Аэлита», «Луч смерти» и др.), но по содержанию являющимися лишь «кривой гримасой» на революцию и советскую действительность.

    Многие из наших постановщиков считают, что достаточно показать толпу рабочих, парад Красной Армии, или высмеять нэпмана и попа — и фильма революционна. До сих пор в их кругозор входили лишь внешние отражения нашего быта. Но каждый из нас, в том числе и обыватель, революцию сам пережил, знает все ее трагические этапы и не верит часто фальшивым образам, которые в большинстве случаев неубедительно стараются уверить зрителя, что все у нас шло и идет гладко «как по маслу» и для любого комсомольца или пионера «утереть нос Чемберлену» — плевое дело.

    Вот характерный пример, как подготовляются неубедительные картины. Перед нами сценарий — «Война этажей»1. На протяжении 6-ти частей разбирается острейший для нас вопрос — жилищный. Нужно думать, что именно в этом вопросе все в достаточной мере искушены всякими уплотнениями и т. п. и тут уже трудно, что называется, «втереть очки».

    Как же трактует этот вопрос сценарий?

    Заправилами в правлении жилтоварищества — всякие спецы, нэпманы и т. д. Рядом с ними бездельные барыни и балерины. Живут вольготно. Беднота же ютится в подвалах. Вселяются рабфаковцы. Спецы разоблачены и попадают в тюрьму. Беднота же под руководством рабфаковцев расселяется по свободным комнатам, открывает клуб, слушает радио и т. д. Все это сопровождается неотлучной в таких картинах «гонкой» рабфаковцев за спецами через трубы, крыши и т. д. (для «динамики»).

    Вот содержание «агитки», которая может быть не помешала бы года два тому назад в момент, когда мы проводили предвыборную жилищную кампанию. Но сейчас, когда мы перетряхнули правления жилищных товариществ, и жилищный кризис все же остается острым, ни одного обывателя не убедишь в том, что спасение только в «рабфаковцах». Да и в предвыборной кампании мы отмечали тернистый путь, по которому мы вынуждены будем пройти, захватив власть в правлениях, для того, чтобы разрешить жилищный вопрос, являющийся частью всей нашей хозяйственной восстановительной проблемы. (Не говоря о том, что до сих пор не решен такой вопрос как печать плакатов и афиш о картинах).

    Если уж ставить фильмы из нашего жилищного быта, то сейчас нужно показывать, какие трудности встречаются перед новыми правлениями и, наконец, нужно вообще уметь ставить и разрешать вопросы. Ибо жилищная проблема не разрешается проворством рабфаковца на крыше в его гонке за «спецом», а более глубокими социальными моментами, которые нужно уметь художественно отображать. Тут нужно уметь художественно показать и начавшиеся работы по строительству и борьбу жилищной кооперации и т. д. – все те проблемы, над разрешением которых мы бьемся сейчас на жилищном фронте.

    Пусть не подумают, что мы предлагаем писать трактаты вместо сценариев. Мы предлагаем лишь, чтобы в так называемых «бытовых фильмах» были действительные проблемы нашего быта и, что особенно важно, сделаны были бы так же попытки их разрешить.

    Нужно не только показывать, но и доказывать, причем художественно доказывать: образами, действием.

    Надо более углубляться в жизнь.

    Почему американские картины имеют успех не только у обывателя, но часто и у рабочих? Потому, что они выхватывают кусок жизни с переживаниями, близкими каждому человеку. Разрешают же они всякий вопрос так, как это нужно капиталистическому строю: по законам классовой гармонии. Вообще, заранее можно сказать, что каждая американская картина имеет хороший конец, но непременно такой, который не противоречит буржуазной морали.

    Мы же очень много «мудрствуем». У нас есть любопытные теории, убеждающие нас в том, что вообще в фильмах не нужно «переживаний», что нужно фотографировать голую жизнь, комбинировать монтажем и т. д.

    В области кино мы переживаем еще ту же «детскую болезнь», от которой еще недавно так страдали в области изобразительных искусств, где верховодили футуристы, беспредметники и т. д. И только в последние 2-3 года наметились некоторые здоровые уклоны в сторону реализма, в сторону художественного отображения нашего революционного быта и т. д.

    Это не значит, что нам нужно ставить преграды всяким новым исканиям. Отнюдь нет! Нам не нужно только упускать основное из за каких-то еще очень сомнительных открываемых «Америк». Для последних нужно было-бы установить норму.

    Иначе, что ж получится?

    Мы по обывателю стреляем «киноглазом», «Лучем Смерти» и т. д. а его тянет на «Пылающее сердце». А если вы насильно заставите зрителя «киноглазеть» он совсем перестанет ходить в кино.

    Меж тем перед нами все-же стоит грандиозная задача при помощи наших картин освятить все извилины нашего быта, сделать их для всех понятными, чтоб с большим сознанием и пониманием целей и задач двигаться дальше по пути, полном всяких противоречий.

    Нам надо показывать не только парады, и др. чисто внешние стороны быта, а и то, как люди живут, борются, не упуская из вида, что и современный человек, есть все же человек и ему ничто человеческое не чуждо.

    Почему-то боятся ставить мелодрамы, считая это дело несерьезным. Или вопросы любви, семьи и т. д. больше никого не интересуют? Почему театры ломились, когда показывали дрянную бульварную «Монику»? Мы видели там, обывателя и работницу. Разве процесс утверждения наших женщин в их равноправии не является более

    захватывающим и интересным? Покажите же нам нашу женщину в семье, как подругу, на общественном поприще, различные конфликты, врезывающиеся в ее личную жизнь, но искренне, без фальши, чтобы это было убедительно и художественно оправдано.

    Только таким путем можно вытеснить все эти «Моники», можно отвоевать и рабочего зрителя от «обывательщины».

    То же и, о деревенских фильмах, которые нам так нужны.

    Если толкуется какая-нибудь антирелигиозная тема, то это обычно сводится к тому, что всегда и везде отбывает повинность пьяный пляшущий поп. Наши постановщики убеждены, что стоит им это показать и религия будет посрамлена.

    Всем, однако, известно, что попы уже не пользуются прежним престижем даже в деревнях. Каждый крестьянин к тому же знает, что и попу свойственны человеческие слабости, в том числе и подвыпить. Показать, поэтому, пьяного попа — вовсе не значит убивать религию, которая часто глубоко сидит в темном суеверном крестьянине и без попа. Нужно добавить, что есть ряд религиозных сект, которые вообще обходятся без официальных попов.

    Наши постановщики должны наконец, понять, разницу между антирелигиозной и антиклерикальной фильмой. Нам же нужнее всего сейчас действительно антирелигиозная фильма. Это, правда, труднее сделать, но зато и пользы больше.

    Нужно также, чтобы наши крестьянские фильмы не ставились неряшливо. Кого могут убедить эти фатоватые «пейзане» в лаптях, прилизанные и намазанные «крестьянки» с походками балерин, которых мы часто видим на экранах? Мужик тоже хитер… Обману не приемлет. Нужно идти от него, брать его действительный быт и связанные с ним вопросы и факты, и умеючи, а главное убедительно, вести его к разрешению каждой проблемы.

    Нужно, чтоб наш экран действительно волновал художественными образами, мыслями и идеями.

    Еще один общий и больной вопрос — это так называемая «динамика».

    Вы видите часто в картинах бессмысленную беготню по крышам, карнизам и т. д., не объясняемую никакой логикой, а показанную как самоцель или «трюки».

    Плохим тоном считается не подражать американцам. Постановщик «Луча смерти» ухитрился даже все содержание подогнать под эти «трюки».

    Наши постановщики совершенно не понимают социального смысла динамики. Она часто для них какой-то рок, переступить через который они не знают каким образом.

    А между тем дело простое.

    В мир вошла машина, которая, с одной стороны, необычайно усилила — и все больше еще усиливает темп нашей жизни, с другой — и это самое важное для нас, обострила борьбу между капиталом и трудом. Вполне понятно, что показать современный быт с его метрополитенами, радио, авиацией и т. д. медлительным темпом XVIII — XIX века — совершенно невозможно. Но, с другой стороны, давать «динамику» как самоцель, не увязывать ее в социальном узле отражений эпохи — совершенно бессмысленно.

    Всякий режиссер обязан давать «динамику», но обязан также понимать и выявлять социальные взаимоотношения, ей сопутствующие. Краткий курс политграмоты ему легко поможет разобраться в этом вопросе.

    Примечания:
    1. В последний момент верстки мы получили сообщение, что сценарий этот в переделанном виде поступил на вторичное рассмотрение Худ. Совета. Ред. []
    Вернуться к содержанию »

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован.

    CAPTCHA image
    *