" Нет ничего приятней, чем созерцать минувшее и сравнивать его с настоящим. Всякая черта прошедшего времени, всякий отголосок из этой бездны, в которую все стремится и из которой ничто не возвращается, для нас любопытны, поучительны и даже прекрасны. "
  • В.Г.Белинский
  • Алфавитный указатель авторов:   А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    667 просмотров

    Линия Мажино: исторический очерк развития

    Полоса укреплений, созданная за последние годы на Франко-германской границе и известная под названием «линии Мажино», должна была сыграть весьма серьезную роль в обороне Франции. Однако это грандиозное сооружение современной фортификации в период германского наступления на Францию оказалось в стороне от того театра, на котором фактически развернулись решающие военные действия. В силу этого «линия Мажино» хотя и обеспечивала северо-восточное направление, но по существу оставалась пассивной оборонительной полосой, ее боевые свойства и возможности не подверглись полноценному испытанию. Тем не менее мы считаем небесполезным ознакомление с этим грандиозным сооружением и историей его создания.

    После войны 1870 г. французская граница была отнесена с линии р. Рейна и оказалась открытой от Лонгви до Бельфора на протяжении свыше 200 км (схема 1). Для изучения вопроса о создании новых укреплений на границе в 1872 г. был учрежден особый «Комитет обороны», председателем которого был сначала маршал Мак Магон, а затем маршал Канробер. Секретарем «Комитета» и главным вдохновителем инженерных идей был генерал Сере-де-Ривьер, о котором Мак Магон отзывался как о «выдающемся военном инженере».

    Сере-де-Ривьер намечал следующую программу обороны новой границы: «необходимо прикрыть мобилизацию, сосредоточение и боевые формирования армий, ограничить места для вторжения неприятеля и организовать как на самой границе, так и внутри страны надежные опорные пункты, не стесняя свободы операций и сообразуясь со стратегическими особенностями территории». Он предлагал создать по всей новой границе Франции особые «укрепленные районы» (regions fortifiees), или, как он их называл иначе, «оборонительные завесы» (rideaux defensifs). Однако замысел Сере-де-Ривьера не был воспроизведен полностью главным образом по финансовым соображениям. Фактически к началу первой мировой империалистической войны на восточной границе Франции имелось только два укрепленных района: один на берегах Мааса — Верден, Туль; другой на возвышенностях левого берега р. Мозель — Эпиналь, Бельфор. Каждый из этих районов состоял из двух фланговых круговых крепостей с рядом фортов-застав между ними. Намеченные во второй линии районы возведены не были, и вместо них имелось всего три старых крепости: Лангр, Дижон и Безансон.

    Линия Мажино. Карта Франции

    Северная граница Франции с Бельгией к 1914 г. в смысле ее укрепления была в весьма плохом состоянии. Здесь имелись две крепости Лилль и Мобеж. Первая из них, совсем устарелая, была объявлена открытым городом; вторая была слегка модернизирована в мирное время, а затем несколько развита стараниями ее коменданта в мобилизационный период. Кроме указанных крепостей, вдоль северной границы между pp. Шельдой и Самбр было расположено несколько фортов, застав, а вдоль течения указанных рек предполагалось в мобилизационный период устроить наводнения при помощи созданных в мирное время плотин. В таком виде участок должен был образовать тоже «укрепленный район», но сила его ввиду устарелости фортов-застав оказалась в войну 1914 — 1918 гг. весьма незначительной и поэтому он не мог сдержать наступление германских войск из Бельгии. Между крепостью Мобеж, расположенной на р. Самбр, и крепостью Лонгви имелось три старых форта-заставы и старая крепость Монмеди. Волнистая местность этого участка с обширными лесами, р. Маас и ее притоком Шьер облегчала подготовку обороны этого участка, которая, однако, французами была выполнена слабо. В тылу имелось три важных в стратегическом отношении крепости: Ля-Фер, Лаон и Реймс, которые по замыслу Сере-де-Ривьера тоже должны были образовать в совокупности «укрепленный район» второй линии. Но фактически к 1914 г. никакого района здесь создано не было, а крепости были запущены.

    Не вдаваясь здесь в описание достаточно известных событий первоначального периода войны 1914 — 1918 гг., отметим, что уже в этот период быстрое падение бельгийских крепостей, французской крепости Мобеж и ряда фортов-застав дискредитировало систему обороны при помощи так называемых «крепостей-одиночек», оторванных от полевых армий, не способных долго держаться в изолированном состоянии. Падение летом 1915 г. ряда бывших русских крепостей и отдельных укрепленных пунктов подтвердило указанный выше вывод и окончательно подорвало доверие к прежним крепостям кругового начертания.

    Французское командование также твердо стало на ту точку зрения, что сомкнутая круговая крепость не может долго существовать в изолированном положении, ибо она не может противостоять дальнобойным орудиям и чудовищному количеству выпускаемых по ней снарядов. Такая крепость нуждается в поддержке ее полевой армией, для чего она должна быть включена в общий армейский фронт и получить возможность подкрепляться подвозом с тыла живой силы, боевых, продовольственных и всяких видов запасов. Это привело к тому, что уже в августе 1915 г. французское правительство и командование решили обратить важнейшие свои крепости на восточной границе и в первую очередь Верден в «укрепленные районы», которые должны были включиться как крупные опорные узлы в общий армейский фронт. Но это были уже не те укрепленные районы, которые создавал Сере-де-Ривьер. В Вердене, например, укрепленный район был образован несколькими, эшелонированными в глубину, оборонительными полосами, из них та, в состав которой входили форты северо-западного, северного и восточного секторов бывшей крепости, являлась главной полосой сопротивления. Впереди нее имелось несколько полос, созданных в конце 1915 и в начале 1916 г. и состоявших главным образом из построек полевого характера, с небольшим количеством слабых бетонных убежищ и легких броневых закрытий, с недостаточно сильными искусственными препятствиями в виде проволочных сетей, спиралей Брюно и засек. Позади главной полосы сопротивления была создана тыловая полоса с включением в нее бывших второлинейных фортов крепости. Наконец, в центре имелась ограда старого типа, но с хорошей подземной цитаделью, расположенной на глубине около 16 м скалистого грунта. Она вмещала большие запасы продовольствия, боеприпасов и имела всякие дополнительные помещения. Затем все форты западного’ и южного секторов прежней крепости, были оставлены, но не заняты войсками, и с тыла район был, как сказано выше, свободен для всякого рода подвозов. Продолжением передовых оборонительных полос района к западу и к юго-востоку служили участки армейского фронта. Только благодаря такой перестройке прежней круговой крепости в обширный укрепленный район со свободным тылом и связью с внутренней территорией страны Верден смог выдержать упорнейшую борьбу до конца войны, дав возможность гарнизону этого района, получавшему в течение восьми месяцев непрерывные смены, перейти в октябре 1916 г. к крупному контрнаступлению и частично оттеснить противника. Верденский укрепленный район, выдержавший боевое испытание, был только Прообразом современных укрепленных районов.

    Другой укрепленный район на восточной границе Франции, в который прежняя крепость Верден включалась как фланговый опорный пункт — район Верден, Туль с промежуточными 7 фортами-заставами, — сыграл в начале войны 1914 — 1918 гг. крупную роль. Он препятствовал сообщениям германских войск между Лотарингией и северной Францией, заставляя неприятеля производить стратегические переброски через Брюссель, что вызывало большие запаздывания в прибытии его подкреплений во время Марнского сражения. Однако укрепленный район Верден, Туль не смог остаться полностью неповрежденным: 25 сентября 1914 г. германский отряд, направленный от Меца, при попытке обойти крепость Верден с юга захватил форт-заставу Кам-де-Ромен у Сен-Миеля и надолго вклинился между Верденом и Тулем в расположение французов, образовав здесь мешок или, по выражению французов, «защемление фронта у Сен-Миеля».

    В силу этого обстоятельства и конструкция прежних укрепленных районов Сере-де-Ривьера не могла после войны 1914 — 1918 гг. удовлетворять французов. Необходимо было на основании опыта войны создать новую систему укрепления границ, которые также изменились. Франция, выйдя из первой империалистической войны победительницей и обладательницей как своих прежних крепостей, так и нескольких новых, находившихся в 1871 г. во владении германцев (Мец, Тионшль, Страсбург с крепостцой Мутциг-Мольсгейм, ряд крепостей и укрепленных пунктов по верхнему Рейну), значительно расширила свою территорию и протяженность восточной границы. Поэтому вопрос о новых укреплениях этой границы и исправлении недостатков укреплений северной границы, выявленных в процессе войны, приобрел исключительное значение. Разработка этого вопроса началась лишь в 1920 г. Во французской прессе в этот период появился ряд проектов системы укреплений, выдвигавшихся военными инженерами. Особенное внимание привлекали статьи видных военных инженеров Франции Бенуа, Нормана и Шовино.

    Инженер Бенуа предлагал создать на границах или в непосредственной близости к ним «укрепленный барьер», который он мыслил в виде ряда эшелонированных в глубину позиций, укрепленных в основе средствами долговременной фортификации, но затем совершенствуемых в период мобилизации средствами полевой фортификации. Инженер Норман предложил создать на границе «укрепленный фронт». Он предусматривал образование этого фронта из двух непрерывных траншей («параллелей»), тянущихся вдоль границы в расстоянии 500 м одна от другой и соединенных между собою многочисленными зигзагообразными ходами сообщения. Через определенные участки траншей предусматривалось сооружение небольших бетонных убежищ, которые он называл «преграждающими» и назначение которых состояло в фланкировании местности непосредственно впереди каждой траншеи. Примерно в 1,5 км позади этих траншей Норман предлагал создать третью оборонительную линию, состоящую из эшелонированных по ее длине небольших бетонных укреплений — «фортиков» (fortins). Каждое укрепление представляло собой незначительно возвышающийся над поверхностью земли бетонный блок в два этажа, включающий небольшую казарму-убежище, к которой с флангов примыкают двухэтажные промежуточные полукапониры, вооруженные в верхнем этаже 75-мм пушками, а в нижнем — 150-мм гаубицами; полукапониры эти фланкируют промежутки между фортиками. Б передней выступной части бетонного блока расположена пулеметная бронебашня, обеспечивающая оборону местности вокруг фортика. Бетонный блок окружен рвом, являющимся, очевидно, противотанковой преградой, а также и противопехотной.

    Шовино проектировал укрепление границ при помощи «укрепленных зон». Каждая такая зона состоит из линии «опорных пунктов», расположенных друг от друга на расстоянии около 1 км, и «позиции сопротивления», находящейся в нескольких сотнях метров позади линии опорных пунктов. Опорный пункт Шовино подобно фортику Нормана состоит из бетонного массива в 3 этажа, глубоко врытого в землю. Наружная его поверхность сливается с местностью и над последней выступают лишь внедренные в массив 4 бронебашни, из коих передняя вооружена пулеметом, задняя — 75-мм пушкой, а 2 боковые башни служат наблюдательными постами. В этажах массива размещаются помещения для гарнизона, машинные отделения, склады боеприпасов и пр. Тыльная стена массива имеет уступчатую форму, так как здесь размещены орудийные казематы, фланкирующие промежутки между опорными пунктами, и ров, имеющийся только в тылу. На поверхности земли все сооружение окружено проволочной сетью.

    Во внутреннюю часть массива можно попадать только по идущему в тыл подземному ходу (потерне). Позиция сопротивления состоит из бетонных убежищ, расположенных в шахматном порядке с расчетом по 4 убежища на 1 км фронта; каждое убежище — вместимостью на полуроту. По некоторым литературным данным, система Шовино применена на некоторых второстепенных участках «линии Мажино».

    Одновременно с обсуждением в прессе вопрос об укреплении новой границы Франции разрешался и путем дискуссий в различных комиссиях. В этих комиссиях высказывались самые различные точки зрения о системе укреплений. Некоторые требовали устройства непрерывной позиционной системы вдоль всей границы — от Альп до моря, причем позиции, по их мнению, должны были строиться только с началом войны или непосредственно перед открытием военных действий. В мирное же время для этих работ должны быть тщательно подготовлены большие склады строительных материалов вблизи от предположенных к возведению в мобилизационный период пограничных позиций. Эти проекты предусматривали доведение до наибольшего совершенства шоссейных и железных дорог и сети связи в пограничном районе; должны были быть точно разведаны и установлены огневые позиции для артиллерии и еще в мирное время получены исходные данные для стрельбы этой артиллерии. Одним словом, должно было быть заблаговременно подготовлено вполне пригодное для операций поле сражения.

    Представители другого направления высказывались в том смысле, что оборонительные полосы, созданные в войну 1914 — 1918 гг. в позиционных условиях, держались лишь до тех пор, пока через них не прокатился огневой вал мощной артиллерии и шквал танковых отрядов. Поэтому они требовали возведения густой цепи сильнейших крепостных сооружений вдоль всей восточной и северо-восточной границы; сооружения эти должны быть вооружены пулеметами и тяжелыми орудиями навесного, и настильного действия, иметь безопасные от любого артиллерийского огня и авиабомб убежища и фланкирующие казематы.

    Наконец, было и третье течение, которое высказывалось за укрепление границ при помощи небольших бетонных сооружений, которые образовали бы не цепь, а нечто подобное «млечному пути», т. е. целую систему разбросанных построек, которые могли бы дать надежную защиту от прорыва не столько мощностью своей, сколько большим количеством, эшелонированием в глубину и маскировкой. В 1925 г. военным министром Пешгеве была назначена новая комиссия по подготовке границ к обороне. В. общих указаниях этой комиссии говорилось о широкой подготовке местности для упорного пограничного сражения («Ваtaille de couverture») — такой подготовке, которая должна была быть проведена в мирное время с особой полнотой и отличаться особенностями, не имевшими еще примера в прошлом. Помимо содействия войскам прикрытия в отражении всяческих внезапных со стороны немцев предприятий, могущих опрокинуть эти войска в самом начале войны, подготовка границы должна была особенно предусматривать защиту важных в промышленном отношении областей и в первую очередь лотарингских рудничных и угольных бассейнов.

    В 1927 г. была назначена «Комиссия по организации укрепленных районов» под председательством главного инспектора инженеров ген. Филоно. Но по финансовым соображениям к работам в то время приступлено еще не было. Только в 1929 г. была учреждена «Временная комиссия по организации укрепленных районов», подчиненная военному министру, которым в это время был Мажино (участник мировой войны 1914 — 1918 гг.), и возглавляемая инспектором инженеров ген. Бельхаг. Это была чисто организационная комиссия, подготовлявшая во всех деталях создание на большом протяжении нескольких укрепленных районов нового типа. В ноябре 1929 г., перед рассмотрением в палате депутатов проекта закона об открытии кредитов на оборонные работы по подготовке границ, военный министр Мажино совершил объезд пограничной полосы, в которой уже были начаты некоторые работы.

    В декабре Мажино подробно доложил о принятом проекте укрепления восточной границы и об общем ходе работ на заседании военной комиссии в палате депутатов. Но здесь снова загорелась оживленная дискуссия на тему о характере укреплений. Тогда Мажино изложил сущность уже принятой системы укреплений1, которая, по его мнению, явилась смешанной, соединяющей в себе все, что было лучшего в различных предложениях, выдвигаемых в процессе обсуждения. Эта система должна быть непрерывной линией в огневом смысле, тщательно примененной к местности и идущей вдоль всей границы. Линия должна была быть прежде всего использована войсками прикрытия. По словам Мажино, в районах, лишенных естественных средств обороны, имеется в виду комбинация легких укреплений с более солидными, группового характера, которые он назвал «ансамблями», добавив, что это будут «форты особого рода — форты, как бы разбитые на отдельные блоки, расположенные в наиболее подходящих для них точках местности»… «Раздробленные и расбросанные, таким образом, в зависимости от надобностей обороны и потребностей в развитии огня, эти долговременные укрепления задуманы вполне современными: они будут снабжены наиболее совершенными механизмами; в них будет все предусмотрено для того, чтобы обезопасить защитников от самых могущественных снарядов и от действия ОВ, но тяжелой артиллерии, как полагает Пьер Кот (который вообще возражал против долговременных фортов), в этих укреплениях не будет, и, следовательно, дело вовсе не идет о том, чтобы вгонять миллиарды в застарелые форты». Мажино называл также предполагаемые к возведению мощные укрепления «молами сопротивления» (или «мощными молами» — moles puissants).

    Из слов Мажино вытекало также, что к долговременным постройкам предъявляется требование, чтобы они были как можно более разнообразны по форме, содействуя в то же время максимально упорному удержанию территории, «Здесь не будет, — говорил Мажино — ни одной постройки, похожей на другую». Это должно было затруднить распознавание оборонительных сооружений агентурной разведкой противника.

    Прежде чем перейти к описанию, как постепенно развивалась «ливня Мажино» и во что она в общем вылилась к началу настоящей войны, небезынтересно указать еще на некоторые мысли различных французских авторов, так или иначе влиявших на общую ее структуру и группировку фортификационных сооружений.

    Следует отметить, что среди голосов, раздававшихся в 1929 г. в военной комиссии палаты депутатов, было немало таких, которые весьма настойчиво возражали против применения на новой границе долговременных укреплений вообще. По этому поводу ген. Норман в январе 1929 г. (т. е. за 9 месяцев до речи Мажино) писал в своей статье «Оборонительная организация границ»: «Мысль, что полевые укрепления могут заменить долговременные, — одна из наиболее важных и опасных ошибок, в которые может вовлечь поверхностное изучение опыта войны. Внезапность открытия неприятельских действий, действительность и подвижность современных средств атаки и быстрота подвоза войск все менее и менее позволяют рассчитывать на импровизацию в мобилизационный период. Совершенно невозможно избежать необходимости иметь сооружения, возведенные в мирное время (т. е. долговременного характера), хотя бы на ограниченных протяжениях, прикрывающих промышленные и рудничные районы или рокадные пути, особенно важные для ведения войны». Другая мысль, которая гнездилась в умах некоторых представителей французского командования в отношении способа укрепления новой границы, заключалась в желании подражать методу, применявшемуся в период войны 1914 — 1918 гг. германцами при укреплении крепости Мец и в захваченной ими бельгийской крепости Антверпен. Частично этот метод был применен и для усиления крепостей Диденгофен (Тионвиль) и Майнц (на Рейне). Этот метод состоял в создании глубоких укрепленных зон, состоящих из нескольких, следующих друг за другом линий мелких бетонных или железобетонных построек, расположенных приблизительно в шахматном порядке и хорошо примененных к местности. Назначение этих построек различное: одни являются пулеметными огневыми точками, другие — убежищами для людей, третьи — наблюдательными пунктами. Каждая постройка — площадью от 25 до 30 м2. Все они должны были возводиться заблаговременно и хорошо маскироваться, а в период мобилизации или даже с началом боевых действий они должны соединяться между собою по фронту я в глубину сетью траншей и ходов сообщений. Впереди этих построек и внутри всей зоны в разных направлениях быстро устраиваются малозаметные проволочные заграждения. Прочность самих построек такова, что они могут сопротивляться только снарядам полевой артиллерии до 15-см калибра включительно. Вся сила такой укрепленной зоны состоит в том, что постройки представляют для неприятельской артиллерии очень малую цель, притом они разбросаны по местности на большую глубину. Такие постройки германцы зачастую применяли в 1917 г. на позициях во Фландрии, и стоявшие против них англичане называли их «pill boxes» (пилюльные коробки). На южном фронте крепости Мец германцы за год (с весны 1916 г. до весны 1917 г.) возвели из таких построек укрепленную зону протяжением в 20 км и глубиною До 2 км. Здесь насчитывалось до 1 200 бетонных и железобетонных сооружений, образовавших, по выражению ген. Кюльмана, «млечный путь». Норман называл такую систему возведения мелких сооружений «распыленной фортификацией», а самые постройки — «фортификационной пылью». Он высказывался против этой системы, находя, что она вызывает распыление войск; кроме того, он считал, что отдельные мелкие постройки трудно сделать абсолютно не поражаемыми действиями ОВ и крупных снарядов.

    В конечном результате на французской границе мелкие огневые точки нашли себе применение лишь как вспомогательное средство на отдельных участках. Основной формой инженерного обеспечения французской границы принят был «укрепленный район», но не такой конструкции, какую имели прежние укрепленные районы, состоявшие из комбинации крепостей и фортов-застав. Однако было предусмотрено, что эти новые «укрепленные районы» должны тянуться не сплошь по всей границе, а чередоваться на подходящих по местным условиям участках с зонами разрушений, затоплений или же оборонительными полосами более мелких фортификационных построек.

    Подробного устройства хотя бы какого-нибудь укрепленного района на новой границе Франции привести, конечно, нельзя, так как в литературе полных сведений не имеется. Некоторое время неизвестна была даже точная характеристика понятия «укрепленного района», как она была определена последней комиссией. Однако некоторые разъяснения по этому вопросу дает в своих работах Кюльман. Так, в его труде «Стратегия» (1924 г.) говорится: «Новой формой фортификации является укрепленный район с открытым тылом, включенный в общую схему предполагаемого сражения в данной зоне пограничной полосы. Он должен иметь не только крепко организованный фронт, но и мощные глубоко (километров на 20) эшелонированные фланги, с тем чтобы его нельзя было сразу атаковать с тыла при первом отступлении соседних с ним полевых войск. Наоборот, он должен помочь этим войскам быстро восстановить положение. Со своим тылом укрепленный район должен быть связан множеством путей, чтобы частичный охват одного из его флангов и перерыв некоторых его путей питания не отозвался на всем укрепленном районе в целом. Нормальный фронт одного района — 80 км. Впереди укрепленного района, должна быть расположена передовая полоса («предполье». — В. Я.) для охранения и для наблюдения за противником. Эта передовая полоса, укрепленная или не укрепленная в зависимости от имеющегося времени и рабочих рук, должна быть в состоянии быстро организовать непрерывный фронт автоматического огня, преодоление которого требует от противника значительных усилий. Без этой передовой полосы укрепленный район будет мало боеспособен, и потому он должен строиться, отступя от границы не менее как на 10 км. Если по местным условиям укрепленный район может быть расположен только на самой границе, то планом войны должна быть предусмотрена быстрая подготовка передовой полосы на немедленно захваченной территории противника, тотчас же после объявления войны. Открытые с тыла укрепленные районы могут обороняться только совместно с полевой армией, и потому доктрина этих совместных действий должна путем методических упражнений еще в мирное время проникнуть в толщу армии».

    В другом своем труде — «Долговременная фортификация на границах» (1931 г.) — Кюльман указывает, что «… укрепленный район должен включать: 1) поле сражения, существенные элементы которого (командные посты, наблюдательные пункты, убежища, сеть связи и пр.) должны быть построены в мирное время, представляя собою бетонные или подъемные сооружения; 2) систему огневых точек, примененных к местности, к полю сражения и составляющих остов последнего; 3) снабжение всем необходимым как фортификационных сооружений, так и всего поля сражения… Укрепленный район должен быть подготовлен, вооружен и занят войсками в мирное время, чтобы постоянно быть готовым предотвратить подступ неприятеля к отечественной территории. Он должен представлять однородное сопротивление во всем своем целом, т. е. как с фронта, так и с -флангов. Ввиду этого позиция должна быть непрерывна в огневом отношении, причем огневые точки должны иметь закрытое вооружение; ограничиваться хотя бы и сильной подготовкой одних только естественных свойств местности и систематически экономить долговременными укреплениями с широкими промежутками никоим образом нельзя, так как это значило бы уже в мирное время подсказывать неприятелю сосредоточение его огня на небольшом количестве центров сопротивления и захват их путем обхода через промежутки».

    Этими немногими словами Кюльман в самых общих чертах характеризовал те укрепленные районы, которые намечалось создать на «линии Мажино».

    Линия Мажино: Лотарингский укрепрайон

    Всe приведенные выше рассуждения относились главным образом созданию обороны северо-восточной границы с Германией, от швейцарской границы до старой крепостцы Лонгви, протяжением в 360 км, из коих 160 км приходятся на Рейн и 200 км на северную границу Эльзас-Лотарингии. Этот участок, собственно, и носит название «линии Мажино». Впоследствии, как увидим ниже, имелось в виду произвести более серьезные работы и на границе с Бельгией, т. е. продолжить «линию Мажино» до Дюнкерка.

    Укрепления «линии Мажино» на границе с Германией охватывают рейнский участок, северную границу Эльзас-Лотарингии и район Лотарингского плоскогорья. Наиболее важным и в то же время наиболее доступным считался участок протяжением в 200 км, расположенный между pp. Рейном и Мозелем. Он имеет для французов крупное экономическое значение, так как в районе его сосредоточена почти вся французская металлургическая промышленность. Здесь возведено два обширных укрепленных района — Лотарингский и Эльзасский, а промежуток между ними, изобилующий большим количеством рек, озер, болот и лесов дает возможность при помощи имеющейся здесь системы шлюзов и бассейнов произвести затопление и организовать пассивную оборону; это так называемый «заградительный участок». Вообще, по английским данным, на «линии Мажино» различают: особенно прочно укрепленные в мирное время участки, образующие «укрепленные районы»; затем более слабо укрепленные участки, называемые «укрепленными секторами»; наконец, участки, подготавливаемые для устройства в них в военное время разного рода заграждений, которые называются «заградительными участками» или «оборонительными секторами».

    Линия Мажино: Схема 3Самый обширный укрепленный район, расположенный на Лотарингском плоскогорье, — Лотарингский или Мецский укрепленный район (ЛУР). Более подробно этот район изображен на схеме 2. Здесь сходятся главные пути наступления, ведущие от Рейна через долину pp. Нид и Мозеля внутрь Франции. Вот почему этот район имеет наиболее важное стратегическое значение. Укрепления его начали строиться в 1929 г. и являются более мощными по сравнению с другими районами. Передний край его предполья удален от границы на 10 — 15 км, и весь район имеет протяжение по фронту 120 км и в глубину — около 20 км. С юго-восточной стороны ЛУР примыкает к лесу Ремилли, Фольксмону и Сен-Авольд; затем его укрепленное предполье тянется по Бушпорнским высотам, впереди Булай, на Анцелинг, Далыптейн, через возвышенность Хакен-берг, на Метрих, Зенцих, через возвышенность Гальгенберг, через лес Каттеном на Кай фен и Омец. С северо-западной стороны оконечности района (участок Крюн) приходится на люксембургской границе и, доходя до Лонгви, заворачивает в тыл к Лонгюйону.

    Этот укрепленный район состоит из глубоко эшелонированных оборонительных полос, среди которых различают: предполье, главную боевую полосу и, наконец, тыловую зону, оборудованную на глубину до 10 км. По данным французского журнала «Jour» за март 1936 г., предполье укреплено несколькими линиями мелких огневых точек, именуемых казематами или блокгаузами, среди которых в первой и последней линиях имеются также и более сильные укрепления (ouvrages). Эти последние расположены в расстоянии 4 км» одно от другого, тогда как мелкие огневые точки удалены друг от друга на 1 км. Казематы и укрепления снабжены также броневыми закрытиями в виде пулеметных и орудийных бронебашен и броневых колпаков для наблюдательных постов. В статье этого французского автора хвастливо указывается, что все точки и укрепления так хорошо применены к местности, что нет ни одного подступа, который не был бы прегражден огнем; нет ни одной долины, которая не простреливалась бы продольно; нет на холмах скатов, не находящихся под огнем, так же как нет равнин, не подверженных перекрестному огню. Наличие нескольких рядов или линий указанных выше сооружений способствует тому, что вывод одного или нескольких из них не влезет за собою образования опасного прорыва. Схема 3 изображает участок передовой оборонительной полосы укрепленного района, подготовленной по изложенному выше описанию, но это не более как теоретическая схема.

    Схема 4 Линии Мажино: огневые точки

     В упомянутом выше французском журнале указывалось также, что отдельные огневые точки (казематы или блокгаузы) представляют собою бетонные постройки, имеющие стороны длиною до 15 м и возвышающиеся всего на 1,5 м над поверхностью земли; в лицевых стенах устроены бойницы для совокупно расположенных пулеметов. Толщина покрытий, повидимому, достигает 1,2 м и может обеспечить от длительного огня орудий 15-см калибра. Гарнизон таких точек состоит из 8 — 10 человек, ежедневно сменяющихся. В других источниках под названием казематов приводятся постройки, имеющие в плане устройство, показанное на схеме 4. Это в сущности полукапонир. Сооружение — двухэтажное из железобетона и вооруженное двумя поставленными в каземате пулеметами, дающими фланговый огонь по промежуткам и «в тыл; в выступном крыле высится бронекупол, в котором для самообороны поверхностной части постройки помещаются автоматическая винтовка или гранатомет и наблюдатель. Вход в эту постройку обороняется легким пулеметом. Площадь такой постройки 13,5 X 11 м; железобетонное покрытие имеет толщину 1,75 м, что якобы обеспечивает от одного попадания 42-см снаряда (по опыту первой империалистической войны в этом можно усомниться. — В. Я.) Располагаются постройки преимущественно на обратных скатах возвышенностей.

    Линия Мажино в разрезе

    Более сильные укрепления оборонительных полос в некоторых зарубежных источниках именуются «промежуточными укреплениями». Это бетонный массив треугольной формы около 100 м длиною и 50 м глубиною, окруженный рвом, фланкируемым из расположенных в передних углах подземных построек-кофров. Бронебашни вооружены бомбометам и, зенитными орудиями и 75-мм пушками. Кроме того, имеются пулеметные башни и бронепосты. Остальное вооружение, состоящее примерно из шести орудий и до пятнадцати станковых пулеметов, помещается в бетонных казематах массива расположенных уступами к тылу; все это вооружение фланкирует местность по сторонам и впереди укрепления. Эта конструкция очень схожа с «фортом», который был описан в изданном в 1931 г. труде французского инженера подполковника Лоближуа «Долговременная фортификация». По некоторым данным, он принимал участие- в оборонительных работах на французской границе На схеме 5 приведен план и разрезы форта по книге Лоближуа.

    Фото уреплений Линии Мажино

    Когда германские войска оккупировали Чехо-Словакию, они заняли большое количество различных долговременных оборонительных построек, с достаточной полнотой описанных в различных германских журналах. Как известно, в строительстве этих сооружений участвовала и Франция. Поэтому можно предполагать, что некоторые типы чехословацких укреплений весьма близки по конструкции с теми, которые применены на «линии Мажино». Так, например, можно предполагать что на оборонительных полосах укрепленных районов «линии Мажино» и на ее «укрепленных секторах» возведены сооружения, подобные приведенным на фото 1 и 2. Первое, судя по германскому источнику, относится к сооружениям средней мощности: это постройка бетонная или железобетонная типа капониров, вооруженная пулеметами; следовательно по французской терминологии, это пулеметный блокгауз или каземат Левая часть постройки обращена к противнику и представляет прикрывающий с поля бетонный массив, усиленный наброской из камней с земляной обсыпкой. Правая часть постройки включает пулеметные боевые помещения; спереди видна бойница; над этой бойницей справа, на задней стенке постройки, виден вентиляционный канал, а слева от входа проделанного в той же стенке и обычно закрываемого броневой дверью видно отверстие (показанное на фото стрелкой) для метания ручных гранат. Снаружи на покрытии постройки видны крючья для прикрепления к заснята в незамаскированном виде.

    На фото 2 приведено укрепление большей мощности, подходящее к типу французских построек, называемых «ouvrages».

    Это бетонная или железобетонная постройка, состоящая из двух блоков для ведения фланкирующего огня спаренными пулеметами и противотанковыми орудиями. Она имеет от одной до пяти бронебашенное укрепление, по германским данным, может сопротивляться огню орудии калибром до 30 см. Покрытия и стены его построены из железобетона и имеют толщину в 2,5 м, а броня башен толщиною в 20 см. Постройка — двухэтажная. На фото 2 изображен ее вид с тыла. Сторона, обращенная к противнику, идет по линии двух бронебашен. Под башнями находятся выступы (наподобие «ушей»), служащие для прикрытия с поля обоих фланкирующих блоков. Правый фланкирующий блок обращен к зрителю; в фасадной стене этого блока видны: справа – две амбразуры для противотанковых орудий, а слева – одна пулеметная бойница. В середине тыльной части постройки устроен ход, защищаемый огнем через бойницу.

    На главной боевой полосе Лотарингского, а также и других укрепленных районов, судя по различным источникам, встречаются самые разнообразные фортификационные сооружения, начиная с мелких огневых точек, называемых казематами или блокгаузами, и промежуточных укреплений приведенных выше типов и кончая отдельными мощными укреплениями, характеризуемыми в германской литературе как «главные укрепления» (Hauptwerke). Последнее, повидимому, соответствует также и французскому термину «ouvrages». Наконец, в особо важных пунктах создаются «групповые укрепления» (Werkgruppen), напоминающие до некоторой степени бывшие германские «фесте», которые Мажино назвал «ансамблями».

    Главное укрепление линии Мажино

    На фото 3 изображено мощное укрепление, которое было приведено в майском номере журнала «Wehrtechnische Monatshefte», 1937 г. в статье «Frankreichs Landesbefestigung». Оно названо «главным укреплением!» (Hauptwerk).

    В другом германском источнике приводится схематический план такого «главного укрепления» (схема 6), но он несколько отличается по расположению своих составных элементов от того, что видно на фото 3. Фото 4 изображает вид внутри главной галереи сообщения в этом «главном укреплении».

    Последняя фортификационная форма, встречающаяся в укрепленных районах «линии Мажино» — «групповое укрепление» или, по Мажино, «ансамбль», — изображается в разных зарубежных источниках различно. Мы приводим схему 7, изображающую «ансамбль» по германской газете «Кolnische Illustrierte Zeitung» и по французскому журналу «La Science et la Vie». По приблизительным данным, площадь такого сооружения составляет около 90 га (1 — 1,2 км по фронту и 0,9 — 1 км в глубину).

    Можно предполагать, что такой «ансамбль» возведен в Лотарингском укрепленном районе на возвышенности Хакенберг. Не исключается возможность наличия такого же или подобного ему «ансамбля» на высоте Гохвальд в Эльзасском районе. Подробности устройства этого «ансамбля» приведены в описании, приложенном к схеме 7. В качестве добавочной детали можно привести показанный на фото 5 полукапонер В2 имеющийся на схеме 7. Здесь видны три амбразуры, через которые стреляют 75-мм орудия. В другом источнике приводится бетонный полукалонир в виде уступчатого блока, находящийся, повидимому, где-нибудь в другом месте. Амбразуры в таких капонирах или полукапонирах, судя по другим фото, прикрываются броневыми щитами с проделанными в них отверстиями для орудий.

    Схема укрепленного узла Линии Мажино

    Различными корреспондентами зарубежной печати очень подробно описывается внутреннее устройство как «главных укреплений», так и «ансамблей», причем приводятся, повидимому, фантастические разрезы этих сооружений, а иногда и их перспективный вид. Все это именуется «подземными городами». Мы воздержимся от приведения всех этих сомнительных по своей достоверности «художественных рисунков» и ограничимся одним (схема 8), более или менее правдоподобным. На некоторых рисунках, помещаемых в иностранной печати, изображаются сооружения, состоящие из 6 — 7 этажей. Наличие таких сооружений сомнительно. По более достоверным данным, в «ансамблях» имеются постройки в 3 — 4 этажа; возможно, существует еще один — подвальный — этаж, но не более. По описаниям, приведенным в некоторых более серьезных трудах германских военных писателей, все помещения в «главных укреплениях» и в «ансамблях», предназначаемые для командного состава, равно как казармы, склады боеприпасов и т. п. расположены на глубине от 50 до 100 м под дневной поверхностью; они снабжены броневыми дверями с бойницами и автоматическими запорами, что позволяет в случае проникновения в них противника вести оборону по секторам. Казармы оборудованы внутри с большой тщательностью, имеют совершенную вентиляцию и приспособления, обеспечивающие от проникновения ОВ. Для подачи боеприпасов устроены канатные дороги и подъемники. В бронебашнях пустые гильзы удаляются по особым лоткам. Точных данных относительно прочности бронекуполов и железобетонных покрытий в «главных укреплениях» не имеется; встречаются случайные упоминания о толщине бетонных покрытий, доходящей якобы до 3 — 4 м.

    В «главных укреплениях» и в «ансамблях» имеется много подземных сообщений в виде сводчатых галерей значительной ширины. Они освещаются электричеством и имеют электрические железные дороги. Одна из таких галерей с ответвлением в левую сторону приведена на фото 6. Большие и чистые кухни, колодцы, водоемы, канализация и хорошо оборудованные лазареты обеспечивают гарнизону полные удобства.

    «Главные укрепления» и «ансамбли» обычно окружаются противотанковыми и противопехотными препятствиями. На фото 7 приведена противотанковая преграда в виде вертикальной бетонной стенки. Ей приписывается тот недостаток, что она обнаруживает общее расположение постройки. На фото 8 приведен другой тип преграды, состоящей из рельсов, опутываемых в период мобилизации колючей проволокой. Это одновременно и противотанковое и противопехотное препятствие. Встречаются указания и на другие виды противотанковых преград, например, бетонные надолбы, расположенные в шахматном порядке в несколько следующих друг за другом рядов. В качестве противопехотного препятствия попрежнему часто применяется хорошо замаскированная проволочная сеть на металлических кольях, причем не исключается электризация такой сети. Все препятствия фланкируются из особых бетонных капониров или отдельных броневых установок. Крупнокалиберная и дальнобойная артиллерия в «ансамблях» не располагается (и это одно из существенных отличий французских «ансамблей» от прежних германских «фесте»). Обычно место такой артиллерии находится в тыловой полосе укрепленного района. Фото 9 изображает одну из бронеба-тарей, вооруженную дальнобойными орудиями. Диаметр башен достигает 5 м.

    Входы в «главные укрепления» и в «ансамбли» обычно расположены глубоко в тылу, на участках, хорошо укрытых местностью, причем они снабжаются всеми устройствами, обеспечивающими от внезапного прорыва в них противника. Дорога, ведущая ко входу, оканчивается выдвижным местом, который при появлении противника вдвигается внутрь, под свод. Все дороги, рвы, охватывающие укрепления и подземные галереи, как правило, фланкируются пулеметным огнем.

    Подземные ходы и капониры Линии Мажино

    Во всех описаниях укреплений «линии Мажино» указывается, что особое внимание при их постройке было обращено на маскировку: бетонные поверхности покрыты землей и дерном, а вертикальные стены закамуфлированы и прикрыты наклонно расположенными сетками с растительной маской, чтобы устранить падающие тени. Над бронебашнями протянуты проволочные сетки, покрытые тканью из волокон особого растения (раффия). Внутренние площади укреплений «ансамблей» обсаживаются кустарником или молодыми деревьями или же вспахиваются.

    Лотарингский район расчленяется на три естественных участка pp. Нид и Мозель: 1) участок Сен-Авольд, р. Нид с центром у Бушпорна и сильными «ансамблями» на Бушпорнских высотах (по данным германской литературы, у Финзелинга, Мютц и Мот); 2) участок между pp. Нид и Мозель, на котором отмечают группу укреплений у Анцелинга, Дальштейна и Кенигсмакер, Метрих; затем «ансамбль» Хакен-берг на высоте 350, в 17 км восточнее Тионвиля; 3) участок р Мозель Тьерселв, Лонгюйон, находящийся в Лотариигском железнодорожном районе Бриэ, Лонгви. Здесь имеются укрепления у Зенциха на возвышенности Гальгенберг, в лесу Калганом (или Каттенгофен) западнее Метриха затем в лесу Канфен, у Эшеранж, Рошонвиллер, Омец и Крюн в качестве сильной тыловой опоры для всего Лотарингского района служат современно оборудованный восточный фронт крепости Мец и три бывшие германские «фесте» Диденгофена (ныне Тионвиля): Гуэнтранж Кенигсмакер и Илланж. Соединительным фронтом между «фесте» Кенигсмакер и Гуэнтранж служит ряд огневых точек и убежищ возведенных еще германцами в 1916 г., особенно в лесах фермы Сен-Мари находящейся между дорогами, идущими от Тионвиля на Геттанж-Гранд и на 1 арш. Что касается самой крепости Мец, то ей, повидимому французы придают немалое значение: она является как бы редюитом всего Лотарингского района, почему этот район называют также Мецским По мнению некоторых зарубежных писателей, значение Меца для французов заключается также в том, что он должен служить опорным центром наступления для сосредоточения ударной группировки против Германии или же для действия против западного фланга германских войск если последние прорвали бы пограничную укрепленную полосу. Самым мощным фортификационным сооружением на восточном фронте крепости была, правда, не вполне законченная германцами даже в 1915 г «фесте фон-дер-Гольц» (названная французами «фесте Марна»), захватывающая площадь около 200 га и находящаяся почти в расстоянии 5 км от юго-восточной окраины города Мец. Французы считали, что эта «фесте» имеет значение и в современных условиях, но она слишком мало выдвинута от центра крепости и нуждается в некоторой модернизации. Комиссия составлявшая проект укрепления границы, решила создать в 4 — 5 км северо-восточнее «фесте Марна» большой «ансамбль», включив в него две передовые броневые группы — батареи у Лемерсберга и Мона. «Ансамбль» захватывает площадь, в 12½ раз превосходящую площадь «фесте Марна», и состоит из расположенных на глубине 50 м казарм, складов боеприпасов, лазарета, складов продовольствия, центральных силовых станции и пр. с большим количеством подземных сообщений.

    Разрез одного из укреплений Линии Мажино

    На поверхность земли выступают только верхние части бетонных колодцев, прикрытых броневыми куполами, под которыми находятся либо орудия, либо пулеметы, либо командные и наблюдательные посты. Кроме того, впереди на местности разбросано много мелких огневых точек в виде бетонных казематов. К постройке этого «ансамбля», повидимому, приступлено было с самого начала, т. е. в 1929 г.

    Схема Эльзасского укрепрайона Линии Мажино

    Ользасский укрепленный район (схема 9) — второй по размерам во всей оборонительной системе «линии Мажино». Он расположен между pp. Рейн и Саар, упираясь правым флангом в лес Хагенау и линию укреплений, тянущихся до р. Лаутер, а левым доходя до р. Саар. Протяжение его по фронту — около 80 км, в глубину — 25 — 30 км. Конструкция этого укрепленного района несколько иная, чем Лотарингского, но и здесь, повидимому, имеются те же укрепленные полосы и оборонительные постройки, что и в последнем.

    В главной оборонительной полосе имеются две важные группы укрепление («ансамбли») — Гохвальд и Бич. Первая группа расположена на командующей высоте 509, к северо-востоку от Верта и в 18 км севернее Гагенау, Группа расположена в нагорном лесу, занимая площадь около 120 га, и, повидимому, по конструкции схожа с изображенной на фото 3. В этом пункте раздельно от самого «ансамбля» построены батареи, вооруженные дальнобойными орудиями, могущими обстреливать линию Мангейм, Людвигсгафен, Кайзерлаутерн. Расстояние от Гохвальда до Мангейма равно 80 км. Затем в районе Виссембурга и в лесах Лембаха возведено много мелких железобетонных фортификационных построек и проложены новые дороги, железнодорожные ветки и тоннели для улучшения сообщений в этой гористой и лесистой местности. Группа Гохвальд имеет большое тактическое значение: она командует над Нижним Эльзасом от Рейна и прикрывает северный фланг Рейнского фронта; одновременно она служит правым устоем укрепленного участка между Рейном и Мозелем.

    Линия мелких фортификационных сооружений, расположенных западнее группы Гохвальд, проходит сквозь лесистые горы Лембаха, затем через долину р. Зауер до расположенной у западных отрогов Вогез укрепленной группы Бич. Эта группа, повидимому, состоит из модернизированной старой германской крепости Бич, вокруг которой построены мелкие фортификационные сооружения; среди последних имеются, как будто и броневые батареи с дальнобойными орудиями, которые могут обстреливать некоторые важные пункты на германской территории (Гермерсгейм, Ландау, Пирмазенс, Цвейбрюккен или Де-Пон). Судя по официальным германским и французским сообщениям, эти батареи уже принимали участие в боевых действиях в течение восьмимесячной позиционной борьбы на этом участке французской границы. От группы Бич укрепления идут по долинам pp. Хорн и Шварц и далее на запад через Рорбах «и Витринг до р. Саар. По германским данным, весь этот участок носит характер крепостного фронта и имеет назначением препятствовать прорыву германцев из Пфальца, между Сааром и Вогезами, в тыл Рейнскому фронту.

    Между Эльзасским и Лотарингским укрепленными районами расположен так называемый Саарский участок (от р. Саар южнее Сааргемюна до линии Сен-Авольд, Фолькемои, лес Ремилыи), который благодаря наличию в нем Диезских прудов, рек и озер обращается в требуемый момент в «заградительный участок» устройством затоплений и противотанковых преград. Его протяжение по фронту — свыше 30 им, а в глубину — около 50 км. Первоначально на этом участке, повидимому, никаких укреплений возведено не было. Однако с весны 1936 г., когда германские войска вошли в демилитаризованную зону, на Саарском участке, по германским данным, французы поспешно начали возводить в треугольнике Саарбрюк, Сен-Авольд, Сааргемюн фортификационные постройки, известные под термином «опорные пункты». Какова их конструкция, указаний не имеется; возможно, что здесь возведены только огневые точки (казармы или блокгаузы), но не исключаются и более сильные укрепления (ouvrages) тина форта Лоближуа. В одном источнике имеется указание, что на плоскогорье Форбаха появилась даже целая прушта («ансамбль»), преграждающая пути от Саарбрюка на Нанеи, причем здесь имеются и батареи, огонь которых покрывает всю Саарскую область с ее рудниками и заводами.

    Чтобы закончить описание последовательного развития «линии Мажило», остается сказать несколько слов о Рейнском участке, тянущемся от пограничной реки Лаутер до швейцарской границы на протяжении 160 км. Ещё при обсуждении вопроса об укреплении новой французской границы в 1925 г. в комиссии ген. Гюйома считалось, что по верхнему Рейну можно ограничиться относительно слабыми укреплениями, так как уже сама река при ее значительней ширине представляет трудно форсируемую преграду, особенно у Гюнингена, но она еще усиливается Рейн-Ронским каналом (ширина — 120 м, глубина — 6 м) и рекою Илль (приток Рейна), идущими параллельно течению Рейна, через его долину; наконец, преграду в значительной степени увеличивает проходящий западнее горный кряж Вогез. В общем имелось ввиду, что германским войскам, наступающим через Рейн, придется преодолевать последовательно четыре серьезных преграды. Вот почему на участке верхнего Рейна возник лишь двойной ряд бетонных пулеметных и орудий-

    ных блокгаузов типа капониров, снабженных броневыми куполами и амбразурами, которые, по германским! данным, хорошо заметны с противоположного берега реки. Местами они расположены непосредственно у самого берега. В других пунктах они тщательно замаскированы, частично при помощи достроенных около них домов с садами, частично при помощи накрашенных на их стенах садовых решеток. Эти капониры или, говоря нашим» языком, огневые точки (ДОТ) дают сильный перекрестный орудийный и пулеметный огонь по всему участку реки. Германская пресса упоминала о наличии таких точек у Кембса и далее вниз по течению до Ней-Бривака и Рейнау.

    В пунктах, удобных для форсирования реки, расположены более сильные и глубже эшелонированные оборонительные позиции, состоящие из подобных же огневых точек, но вооруженных орудиями ближнего боя. Так, например, обнаружена группа таких сооружений несколько западнее Рейна, у Кольмара. Незадолго до начала военных событий 1939 г. в зарубежной печати встречались указания, что позиции по (верхнему Рейну эшелонируются в глубину, чему благоприятствует наличие р. Илль и Вогез. В этих местах, и без того трудно проходимых и почти исключающих всякие крупные операции, за последнее время были укреплены главнейшие проходы: Коль-Бюссон, Коль-де-ля-Шлюхт, Коль-де-Боном, Маркрих, Коль-де-Юрбе, Донон. Повидимому. Здесь построены те же ДОТ, о которых сказано выше.

    На южной оконечности Рейнского фронта французы придали особое значение участку у Бельфора, создав здесь тоже «укрепленный район» (на схеме 1 очерчен линией), к которому и примыкает загнутый правый фланг рейнских укреплений. В первую мировую империалистическую войну крепость Бельфор германцами атакована не была, хотя она и предусматривалась первоначально как объект атаки вместо Вердена, но местные условия и стратегические соображения говорили в пользу последнего. Вероятно, ©виду этого, насколько можно судить по литературе, французы решили ограничиться только поддержанием и некоторой модернизацией восточных фортов Бельфора, а новый район образовать главным образом группами укреплений в Хартвальдо, у Пфирта, Оль-тишгвда, Фольгенсбурга, Альткирха и у самой швейцарской границы. Работы здесь были начаты весной 1936 г.

    На севере Рейнский фронт подпирался отсечной позицией, идущей, от Страсбурга на запад до восточного склона Вогез. Сам Страсбург как крепость потерял свое значение. Форты его пояса в сторону Бадена снесены; ограда вокруг центра города срыта, и только сохранились форты в сторону Эльзаса, не имеющие, впрочем, большого значения. Но взамен этой крепости получил значение описанный выше Рейнский фронт, который был подкреплен расположением в гористой местности западнее и юго-западнее Страсбурга целой сети как мелких, так и более сильных укреплений. Повидимому, центром этой новой отсечной позиции, идущей от Страсбурга, является перестроенная бывшая германская «фесте кайзер Вильгельм» (на высоте 399, у селений Мутциг, Мольсгейм, откуда также название «Мутциг-Мольсгеймскан позиция», включающая, кроме самой «фесте», ряд мелких бетонных огневых точек, возведенных германцами еще в войну 1914 — 1918 гг. вдоль р. Брейш). Вся эта позиция, проходя поперек Рейнской долины, обращена фронтом и на север и на юг, благодаря чему разъединяет германские силы, которые смогли бы переправиться одновременно через Рейн выше и ниже Страсбурга. Южнее этой позиции, на восточных склонах Вогез, также возведены, повидимому, блокгаузы по важным путям на линии Росхейм, Обенгейм, Барр. Затем от среднего течения р. Брейш через горы к северу тянется цепь подобных же построек до Цаверна, а проход между Цаверном и Пфальц-бургом (железная дорога и шоссе) заперт двумя более сильными укреплениями.

    Участок нижнего Рейна укреплен был с самого начала цепью мелких укреплений, тянущихся вдоль реки от Страсбурга до старого Вобановского форта Людвигсфесте. Здесь обнаружены укрепления у селений Винценау, Друзенгейн, Рошвоог. Они командуют над Рейном и могут обстрелять находящимися здесь в батареях дальнобойными орудиями германские города Ахерн, Бадан, Раштадт и Карлсруе. По газетным сообщениям, это фактически уже и было выполнено. От Людвигсфесте до р. Лаутер тянется цепь укреплений, через Зельц и Лаутербург, образующая правый фланг Эльзасского укрепленного района.

    Описанная выше система укрепленных районов с укрепленными и заградительными секторами является основным фронтом крепостного характера «линии Мажино». За ним идет второй, тыловой фронт, в который входят бывшие «оборонительные завесы» Сере-де-Ривьера.

    До 1929 г. в литературе имелись указания, что крепости и отдельные форты-заставы этого фронта ввиду их значительной роли во время первой империалистической войны предполагали не только сохранить, но и модернизировать. Но уже в последующих литературных источниках (1930 — 1933 гг.) говорилось о том, что указанные сооружения только частично поддерживаются, как памятники старины. В глубоком тылу «линии Мажино» находятся старые крепости Реймс, Лангр, Дижон, Безан-сон. О них никаких сведений в литературе не приводилось: повидимому, они превращены в крепости-склады.

    Созданием «линии Мажино» от швейцарской границы до Лонгви вопрос о полной защите всей границы Франции, конечно, окончательно не был еще разрешен. Следовало указанную линию продолжить вдоль всей бельгийской границы, до Дюнкерка. Но здесь большую роль должно было сыграть поведение Бельгии. В 1924 г., повидимому, между Францией и Бельгией в этом отношении существовала какая-то секретная договоренность и на укрепление бельгийской восточной границы французы твердо рассчитывали. Поэтому на своей границе с Бельгией они решили ограничиться созданием подготовленного поля сражения в виде постройки нескольких укреплений средней мощности и ряда мелких казематов, которые должны послужить остовом для будущих укрепленных групп и рубежей.

    Несомненно, с началом нынешней войны и особенно, когда германцы стали прорывать бельгийские восточные укрепленные зоны, на франко-бельгийской границе возникли какие-то оборонительные полосы, но они были быстро преодолены. Таким образом, для французов урок 1914 г. оказался недостаточно поучительным и их северная граница оказалась в смысле силы ее укрепления подобной тому, что было в 1914 г. Бельгийские же восточные крепости и вновь созданные перед ними укрепленные зоны и в эту войну оказались не соответствующими новым средствам нападения и быстро сдали под напором хорошо оснащенных техникой и обученных современным боевым действиям германских войск, которым огромную помощь оказала и мощная авиация.

    Примечания:
    1. По германским источникам, эта система укреплений была в основе предложена маршалом Петэном. []
    Вернуться к содержанию »

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован.

    CAPTCHA image
    *